Успокаивало в какой-то мере то, что враг, потеряв до 50 танков, не смог потеснить войска нашей армии. Хуже обстояло дело у соседа — 28-й армии. Для ликвидации прорвавшегося противника генерал Рябышев использовал все тактические резервы. Продвижение танков у Непокрытого в стыке наших армий было остановлено на рубеже Красный, Драгуновка. Однако положение левофланговых 244-й и 13-й гвардейских дивизий 28-й армии оставалось напряженным. Два полка 244-й дивизии были сильно потеснены, а один оказался в окружении. Отошла и 13-я гвардейская дивизия.

На следующий день, 16 мая, интенсивность боевых действий несколько уменьшилась, обе стороны производили перегруппировки. Вечером мы получили боевой приказ командующего Юго-Западным фронтом на 17 мая. Задача подтверждалась прежняя — уничтожить вклинившиеся танки врага, но методы ее выполнения были детально конкретизированы. Главная роль отводилась 28-й армии, а нам предписывалось обеспечить ее фланг и полностью очистить Чугуевский выступ. За несколько оставшихся часов наши войска не смогли бы занять исходные районы и подвезти боеприпасы. Кирилл Семенович приказал мне связаться с И. X. Баграмяном и попросить через него разрешение у маршала Тимошенко отложить наступление на 18 мая. Убедительно обоснованная просьба была удовлетворена.

В 28-й армии было примерно такое же положение, но генерал Рябышев, как видно, не решился доложить об этом начальству и, не получив времени на перегруппировку, изготовил дивизии к действиям в прежних полосах. Однако не успела армия начать наступление, как в 6 часов утра подверглась ряду одновременных ударов. Танки и пехота врага прорвались к Терновой, деблокировали свой окруженный гарнизон и развили успех в восточном направлении. Отошла на 5–8 километров к северу и 162-я стрелковая дивизия полковника М. И. Матвеева, примкнув к боевым порядкам находившейся во втором эшелоне 5-й гвардейской кавалерийской дивизии. Здесь дальнейшее наступление гитлеровцев на Муром было остановлено, чему содействовала фланговая контратака 162-й стрелковой дивизии. При этом противник понес значительные потери в танках.

Наши 226-я и 124-я дивизии в этот день не допустили прорыва врага на Старый Салтов. А поздно вечером полковник Пленков принес захваченные разведчиками документы: сведения о готовящейся операции «Фридерикус-1». Они касались наступления 6-й армии Паулюса в промежутке от 15 до 20 мая в юговосточном направлении на Савинцы и далее на Изюм. Содержание документов вызвало у нас оживленное обсуждение. Первоначальными были оптимистические высказывания: своим наступлением мы, дескать, сорвали замысел врага и он израсходовал на оборону те силы, которые предназначались для удара. Но полковник Прихидько справедливо предположил, что коль скоро гитлеровское командование замышляет крупное наступление, то, очевидно, оно имеет в достатке резервы, которые могут скоро подойти. А если так, то противник, хотя и с запозданием, но способен предпринять запланированное наступление. К. С. Москаленко и Н. Г. Кудинов согласились с этим предположением. Было решено активизировать действия войск армии, чтобы помешать замыслу гитлеровцев. Приказ на завтра, 18 мая, был уже доведен до войск, поэтому Москаленко приказал штабу разработать дополнительные мероприятия и отдать соответствующие распоряжения всем командирам дивизий.