Мы вышли на улицу, сели у костра и стали ждать.

Помню, как через некоторое время я встал и пошёл в дом, чтобы сходить в туалет.

Было трудно ориентироваться в доме с его угловатой современной мебелью и чистыми стеклянными поверхностями. Кроме того, там было мало света. Но со временем мне удалось найти туалет.

Прекрасная комната, подумал я, закрывая дверь.

Я осмотрел всё вокруг.

Красивое мыло для рук. Чистые белые полотенца. Открытые деревянные балки.

Освещение под настроение.

Оставьте это янки.

Рядом с туалетом стояло круглое серебряное ведро, у которого крышка открывалась педалью. Я уставился на мусорное ведро. Оно уставилось в ответ.

Что… оно на меня смотрит?

Потом оно превратилось в... голову.

Я нажал на педаль, и голова открыла рот. Огромная открытая ухмылка.

Я засмеялся, отвернулся, пописал.

Теперь унитаз тоже стал головой. Чаша была зияющим ртом, а петли сиденья были пронзительными серебряными глазами.

Она сказала: А-а-а-а.

Я закончил, смыл, закрыл его рот.

Я повернулся обратно к серебряной урне, нажал на педаль, скормил ей пустую пачку сигарет из кармана.

Открой пошире рот.