65

Дория осталась с нами до рождения ребенка. Ни она, ни Мег никогда не уходили далеко. Никто из нас этого не делал. Мы все просто сидели и ждали, время от времени отправляясь на прогулку, смотреть на коров.

Когда Мег переходила свой срок на неделю, пиар команда и Дворец начали давить на меня. Когда появится ребенок? Пресса не может ждать вечно, знаете ли.

Ах, вот в чём дело. Пресса заждалась? Боже ж ты мой!

Врач Мег испробовал несколько гомеопатических способов, чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки, но наш маленький гость планировал остаться на месте. Кстати, не помню, пробовали ли мы когда-нибудь бабушкино предложение прокатиться на машине по ухабам. В конце концов мы сказали: Давайте просто поедем и убедимся, что всё в порядке. И давайте будем готовы на случай, если доктор скажет, что пора.

Мы сели в неприметный фургон и уехали прочь из Фрогмора, не засветившись ни перед кем из журналистов, стоящих у ворот. Это был последний вид транспорта, в котором они могли бы нас искать. Вскоре мы прибыли в больницу Портленда и зашли в тайный лифт, а затем в отдельную палату. Пришел врач, обсудил с нами положение дел и сказал, что нужна стимуляция.

Мег была такой спокойной. Я тоже был спокоен, но я видел ещё два способа, как стать ещё спокойнее. Первый: курица из Nando’s, которую принесли телохранители. Второй: баллон с веселящим газом рядом с кроватью Мег. Я сделал несколько медленных вдохов. Мег, подпрыгивала на гигантском фиолетовом фитболе, проверенном способе подтолкнуть природу, рассмеялась и закатила глаза.

Я вдохнул ещё несколько раз и теперь тоже подпрыгивал.

Когда её схватки стали учащаться и углубляться, пришла медсестра и попыталась дать Мег веселящего газа. Его не осталось. Медсестра посмотрела на баллон, посмотрела на меня, и я увидел, как на её лице мелькнуло выражение: «Боже милостивый, муж всё израсходовал»

Прости, сказал я кротко.

Мег рассмеялась, медсестре пришлось рассмеяться, и она быстро сменила баллон.

Мег залезла в ванну, я включил успокаивающую музыку. Дэва Премал, превратившая санскритские мантры в духовные гимны. (Премал утверждала, что услышала первую мантру, которую пел её отец, в утробе матери, и когда он умирал, она повторяла ему ту же мантру.) Мощно.

В нашей сумке были те же электрические свечи, которые я расставил в саду в тот вечер, когда сделал предложение. Теперь я расставил их по больничной палате. Я также поставил фотографию матери в рамке на столик — идея Мег.

Время шло. Час растворялся в новом часе. Минимальное раскрытие

Мег глубоко дышала от боли, но затем глубокое дыхание перестало работать. Ей было так больно, что понадобилась эпидуральная анестезия.