– И что с того, коли царь его ценит? Царь поднимет, кого захочет.

– А вот и нет! Не станут большие воеводы под Басманова! И про то помни, что идет сюда сам царевич.

– Какой царевич! Самозванец!

– Самозванец?

– А то кто же?

– Может и так, но только Бориска Годунов боится его!

– Боится! То верно!

– Коли он самозванец, то разве стал бы Бориска бояться? И Басманову надобно служить царевичу истинному.

– Может так оно и будет…

***

Елена пошла к гостиному двору, где ныне обосновались купцы, что торговали ранее на территории Кремля. Это был большой дом, обнесенный крепкими стенами. В Москве его называли дом для иноземных купцов. Там они проживали и там же хранили товары, привезенные в Москву.

Елена хотела поговорить с купцами из Польши. Среди них наверняка окажется хоть один служитель ордена Иисуса (Иезуитов). А уж он подскажет, как попасть к Басманову.

Брат на этот раз дал трудное задание. Самозванец затеял свою игру и не хотел подключать тех своих соглядатаев в Москве, кто служил Мнишеку, или тех, кто служил боярам и князьям из русских, что перешли на его сторону.

И судьба улыбнулась девушке.

У ворот гостиного двора она увидела армянского купца Хачика Миносяна, который часто бывал в Самборе, и она не раз покупала у него мелкие товары. Правда к ордену отношения он не имел, но с Еленой его связывала дружба. Она не раз помогала купцу находить покупателей для его товаров.

– Пан Хачик, – приветствовала Елена купца по-польски.

Тот с удивлением посмотрел на незнакомца в мужской одежде.

– Пан меня знает?

– Знаю, пан Миносян. А вы не признали меня.

– Я, кажется, видал пана раньше. Но вот где? В Варшаве?