– Письмо?

– Да. И то письмо будет подложное. И опасность тебе угрожает великая, коли возьмёшься доставить его. Но если Патрикеев тому письму поверит – Елена спасена.

– Я доставлю письмо.

– Вот и отлично, пан шляхтич. Сейчас же сяду его писать…

***

Люди Марии Годуновой тайно пришли за Михайлом и Петр сам двери им отворил.

– Он спит, – сказал Петро. – Подсыпал я ему сонное зелье в питье и до утра не проснется.

– Хорошо. Спеленаем и доставим в Приказ.

– В Приказ?

– В пыточную Разбойного приказа. А ты заместо брата здесь останешься.

– Как прикажет матушка-царица, – ответил Петро.

– С тобой здесь будут три моих человека. Коли посланец от вора придет, они тебе помогут. Сделают все как надобно.

– Стало воровского посланца вязать?

– А то не твого ума дело. Ты токмо примешь посланца заместо брата.

– Как прикажет царица. Я готов служить…

***

Михайло все слышал. Не зря он не стал пить того питья, что принес брат. Слишком хорошо знал он Петра, и заметил трусливый блеск его глаз, когда говорил о приказе Мнишека. Но не думал, что отважится Петро донести на него.

«Продал! Продал братец родный. И вот пришли за мной. Надобно из этой ямы выбираться. Но отсюда мне хода нет. Я в этой горнице словно в ловушке. Надобно было ранее бежать. Замешкался. Не думал, что так скоро они явятся».

Михайло был уже одет.

Что делать?