А куда я теперь от этого денусь, так как сам его и отдавал. Как всё это красиво и правильно выглядит со стороны, а когда доходит до реального дело, то это ужас какой-то. Пришлось, вспоминая мою бывшую службу, удалить своё протестующее тело из теплой желанной постели, и натянув форму, отправляться за отцами-командирами на физзарядку. Как здорово она проходила у нас в стройбате, в прошлой жизни. Выбежав из подъезда и построившись на плацу, надо было только и всего, всей ротой, обежать, особо не напрягаясь, по асфальтированной дорожке четыре раза штабной комплекс, что в сумме составляло не более двух километров. Притом забежав за здание штаба, деды и дембеля оставались покурить, а положенные круги нарезала молодёжь, к которой на последнем участке пристраивались курильщики, совместив полезное с приятным. Затем утренний моцион, заправка кроватей и построение на завтрак, а о прошедшем недоразумении можно смело забыть до следующего утра.

Сейчас у меня такой фокус не прокатывал, потому что, на сегодняшней утренней физре правил закон: делай, как я. Страж с Маркони подходили к этому мероприятию серьёзно, и поэтому делали много всего и с завидной выдумкой. После утренней пытки, у меня было только одно желание — умереть. Меня, упавшего от истощения прямо в холле, заботливо подняли и посадили в стоящее здесь же большое мягкое кресло. После чего Страж напомнил курсанту поговорку: тяжело в ученье — легко в бою, заметив притом, что это не ученье, а только лёгкая разминка. Ученье ещё в впереди. Пришедшая посмотреть на неразумного братика сестрёнка, в коем веке пожалела его, ведь это не её любимица Алиса, и сделала восстановительный массаж, после чего я смог уже уверенно стоять на ногах, и даже ходить, шатаясь, без посторонней помощи.

После утренней разминки, мои бойцы напросились на обещанный вчера спарринг с Рыжиком, который решили провести в подземном огромном зале базы, где я, а вернее Алиса, билась с ней на мечах. Хоть и все мои мышцы противились тому, чтобы тело покидало уютное седалище, это зрелище я пропустить не мог и поэтому, постанывая, отправился по лестнице вслед за остальными вниз. В центре зала, стояли рядом Страж с Маркони, которые держали в руках свои любимые ножи, с которыми, по моему, не расставались даже в парилке русской бани, правда в ножнах. А напротив них, на расстоянии двух метров, в своей обычной форме горничной находилась Рыжик, одетая, как и обещала, в туфли с десятиметровым каблуком и улыбалась, глядя на противника. С боку расположилась Мария с девочками, в качестве зрительниц, к которым присоединился и я. Сестрёнка объявила условие поединка: имитация нанесения смертельного ранения. Получив подтверждения о готовности, она хлопнула в ладоши, давая разрешение началу схватки.