Но на это дерево надо было еще залезть, ближайшие к земле ветки были довольно высоко, ей пришлось подпрыгнуть, и не раз, чтобы ухватиться наконец за толстую ветку. Как только ее руки сомкнулись вокруг ветки, она быстро и грациозно, как кошка, подтянулась и начала свой путь к вершине дерева. Она не знала, что это за дерево, то ли каштан, то ли что-то похожее, но лезть по нему было неудобно, ветки росли на большом расстоянии друг от друга, и иногда ей приходилось вытворять просто настоящие акробатические номера, чтобы подняться на следующую ветвь.

Когда Фатима поднялась настолько, что поравнялась с третьим этажом бывшего дворца, она остановилась и позволила себе оглядеться. От восхищения она чуть не ахнула, прямо перед ей как на ладони лежал большой двор посольства, а за ним еще какие-то здания и дворы, но главное, прямо над ней было небо, облака разошлись, и в промежутках мерцали звезды, далекие и безучастные к земным делам и проблемам. Налетевший ветер раскачивал ствол, заметно утончившийся к верхушке, и Фатима покрепче схватилась за ветки, подставив лицо ветру, пусть его ощущала только область глаз, не скрытая тканью маски. Вот что должно быть чувствуют кошки, подумала она, не подозревая, что сама похожа на громадную черную кошку, хотя вряд ли они любуются звездами, а в остальном, наверное, похоже.

Она видела, как из-за здания посольства вышли двое мужчин в черных костюмах, на глазах у одного из них было нечто вроде маски, но она сразу поняла, что это – прибор ночного видения, к охране здесь подходили весьма серьезно. Мужчины прошли, внимательно оглядывая вверенную им территорию, и исчезли за фасадом, Фатима снова осталась одна. Держась ногами за ветки, она прижалась телом к стволу и начала расстегивать сумку, она решила сделать то, за чем пришла как можно быстрее, а потом, если ничто не помешает, понаблюдать. Со своего места ей было прекрасно видно вентиляционное отверстие, как она и думала, оно было в боковой части здания. А насчет лучей правильно ли я думала, спросила она себя, вытаскивая из сумочки камеру, тут же налетел новый порыв ветра, и Фатима прижалась к стволу, хватаясь за него как будто самой кожей, но камеру она держала крепко, мертвой хваткой, ведь это был ее единственный шанс. А внизу ветерок поласковее будет, подумала она, когда снова воцарилось затишье, и она смогла немного ослабить хватку. Снова держась лишь ногами, она быстро включила фотоаппарат и тут же снова ухватилась за ветки – ветер как будто играл с ней, то налетая внезапными порывами, то исчезая быстро и неожиданно. Этот же ветер гнал по небу облака, то открывая промежутки звездного неба, то снова пряча их под тучами. Но была от этого ветра и польза – он раздвигал листву и значительно улучшал Фатиме обзор.