«Забавно… почти ничего не изменилось», — приходит мысль, при беглом осмотре помещения.

— Зиро, ты где?

С потолка прямо на стол шлепнулся мой осьминожек и пристально посмотрел на меня своим сенсором. Я бы даже сказал, угрожающе.

— Назовите себя, — потребовал дроид.

— Код авторизации — Последний Тайтонец, — говорю на родном языке.

— Принято, — тут же отозвался дроид. Взлетев, малыш описывает небольшую дугу и приземляется четко на протянутую руку, по которой перебирается на плечо. — С возвращением, хозяин.

— Я тоже рад тебя видеть. Скучал? — слегонца щелкаю пальцем по камере дроида.

— Никак нет, — тут же последовал ответ. — И я не ДУМ дроид.

— Тц. Ты ведерко с тентаклями, — негодую, косо посмотрев на дроида. — Мог бы приличия для, мне порадоваться.

В ответ мелкий паршивец только наклонил голову, словно вопрошая: «Чё?».

— Да ну тебя. Мои заметки с тобой?

— Так точно!

— Славно.

Подхожу к полке, где бережно хранились мои мечи. Сняв их, чувствую, как оружие приятно греет руки. В отличие от чужих мечей, мои практически ластились и отзывались в Силе чуть ли не быстрее, чем я успевал к ним обратиться.

Убрав оружие на пояс, где уже висели чужие мечи, кстати надо будет их вернуть, прохожу дальше, где стоял на постаменте мой старый шлем. Сняв его, провожу пальцем по трещинам на визоре, ощупываю отверстие в районе щеки и сколы. Да уж… Вспомнив, как прилетел осколок, чуть дергаю головой. Врачи всё поправили, но иногда фантомные боли нет-нет, да появляются.

Занимательно, что за шлемом так же ухаживали и даже сделали отдельную стойку. Положив его обратно, прохожу к столу. Там стояла в аккуратной рамочке сделанная Зиро фотография нашего с Тали поцелуя.

— Зиро, ты ведь наблюдал за Талией? — спрашиваю, взяв фото в руки.

— Так точно.

— Какое было эмоциональное состояние Талии после моей смерти?

— Эмоциональная нестабильность. Депрессия. Тоска. Наблюдались эмоциональные срывы, выраженные в повышенной агрессии.