Совершенно безразлично отозвалась Аала, чем ввела королеву в полный ступор. Минут двадцать зайгеррианка сидела на ступенях под троном и смотрела на бессмертную.

— Вы — работорговцы, считаете себя выше других, — заговорила Аала. — Вы в принципе не приравниваете жизнь не зайгеррианца к вашей. Вещь, предмет, орудия, инструмент, все что угодно, но не личность. И сейчас ты столкнулась с той, кто точно так же относиться к тебе. Ты — инструмент по достижению моей цели. Твоя жизнь — в моих руках, и именно я решаю, что с ней будет. Я могу тебя помучить, могу сделать калекой, я могу сделать всё, что пожелаю, — при этом Аала подняла зайгерианку в воздух, показывая её положение. — Каковы ощущения? Нравится? Не отвечай, я знаю ответ. Он написан у тебя на морде.

— Рррр…

— Вы, работорговцы, паразиты общества, а рабы — это гной, который вы производите, и которым отравляете галактику. Вы считаете, что ваша жизнь стоит дороже всех остальных, но на самом деле — она не стоит ничего. Хотя нет, я не права. Она определенно что-то стоит, ведь охота и ликвидация таких как вы — отличный источник дохода для наемников и просто воинов.

Медленно но верно, тогрута ходила вокруг королевы, подавляя её волю. Она говорила спокойно, размеренно, не оказывала сильного воздействия на разум, как не внушала боль. Тем не менее, уже через час разум королевы начал давать слабину. А через второй, когда Аала уже не говорила, но продолжала ходить, зайгеррианке казалось, что она продолжает слышать этот голос… этот ужасный голос, который просто сводит с ума.

К третьему часу воля королевы оказалась подавлена. Вместо гордой особы благородных кровей, зрители могли наблюдать загнанную в угол дёрганную и шарахающуюся от каждого громкого шороха женщину, не смеющую даже поднять глаза на Аалу.

— Что ты с ней сделала? — поинтересовался Каут.

— Я её сломала. Я ведь сказала, что может и не умею обманывать разум, но зато могу кое-что другое. Теперь она не посмеет мне ни возразить, ни даже косо посмотреть. Однако, если я продолжу, это сведёт её с ума.

— Брррр… Беру слова назад, жуть какая, — передернул плечами Зерронис. — Три часа, а ты из неё половую тряпку сделала.

— А Шейд так умеет? — Каут посмотрел на Аалу.

— Нет. Он так не умеет. Я пыталась его научить, но он так и не смог адаптировать эту технику под себя.

— Эм… адаптировать? Разве вы не одной школы?

— Не совсем… Не бери в голову. — отмахнулась тогрута.

Как только королева была сломлена, Аала позволила пребывающей без сознания охране прийти в себя. После этого уже сама хозяйка цитадели наводила порядок. Она отменила все встречи, проводила «гостей» до столовой, где накормила, а после осталась с ними наедине в своих покоях.