— Есть!

Оставив людей выполнять свою работу, прохожу в кают-компанию, где прямо на диване беззаботно лежала мама.

— Скоро прилетим, — сообщаю ей, забравшись в холодильник.

— Работаем как обычно?

— Нет. Сначала попробуем договориться, а нет — сами виноваты.

— Как обычно. — утвердительно заявила она. — Времена идут, а ничего не меняется.

— В смысле? — выглядываю из-за дверцы. — Ты ведь сначала бьешь, а потом задаёшь вопросы!

— Я не о том. Я всю жизнь летала в опасные места, либо для урегулирования обстановки, либо для отлова опасного адепта. Сейчас всё то же самое. Мы с тобой летим за опасным адептом, к недружелюбным аборигенам. Я готова поспорить, что разговора не будет... или он будет коротким.

— Посмотрим.

Вынув на стол несколько плюшек, я не без применения Силы начал заваривать ворку.

— Мам, а ты помнишь наш дом?

— Конечно. А что?

— Да так, просто почему-то вспомнился.

— Мне, признаться, тоже. Такое впечатление, что я лечу на Тайтон.

— Хм… — остановившись на полушаге, я задумчиво посмотрел в сторону кабины корабля. Но тряхнув головой, падаю на свободный стул. — А помнишь тот день, когда я у тебя появился?

— Помню. Это был один из самых худших, но в то же время самых счастливых дней в моей жизни.

— Почему? — удивлённый таким ответом, смотрю на неё.

— Ты даже не представляешь, как я боялась. Страх, который меня тогда поглощал казался таким липким, всеобъемлющим, я как будто в нём тонула. Весь мир отошёл на второй план, вся боль и накопленная за жизнь гнев.

Помешивая взвар, неотрывно смотрю на её маску, на месте которой, как мне казалось, было её хмурое лицо.

— Я потеряла слишком много в этой жизни, а потеряй я тебя — точно сломалась бы. Сила, как же я переживала… Из-за меня даже пришлось ремонтировать помещение потом, потеряв контроль я смяла и искорёжила все, что в там было.