— Насяльника?? Насяльника??? — повторяла она не в силах открыть дверь.

Муж, смеясь, выбрался из машины и открыл ей дверь. Она выпала ему на руки, не в силах остановиться.

— Ой, а скажи еще что-нибудь так же!

— Насяльника, Вадим не знял, сто ты так карасо смеёся, — проговорил он, глядя в ее смеющиеся глаза.

Он держал ее за руки. Она хохотала в голос и передразнивала его. И в этом момент он почувствовал, как их обоих отпустил вчерашний разговор. Если они могут вот так смеяться, то значит, они могут спокойно идти вперед. Не оглядываясь назад. Инна не любила оглядываться. Вся ее жизнь проходила под каким-то гнетом запретов и необходимости переступать через себя. Когда она вот так звонко беззаботно хохотала? Хохотала, не задумываясь над тем, а что о ней подумают. Пусть, глядя на нее такую, все думают, что она счастливая! Потому что именно такой она себя сейчас и чувствовала.

Глава XVII. Чужая боль как своя.

Глава XVII. Чужая боль как своя.

Через день Инна Романова действительно была зачислена в штат ресторана. Людмила Марковна от удовольствия закатывала глаза и заговорщицки подмигивала Вадиму, одобряя его выбор. Его жена чувствовала себя немного некомфортно, оказавшись под таким пристальным вниманием всего персонала, но Алька была рядом. Эта малышка готова была защитить свою родственницу, стреляя глазами по сторонам в поисках неприятеля. Пришла модистка, сняла мерки с Инны, и для девушки началась иная жизнь. В смартфоне появились новые контакты. И затея с замужеством уже не казалась такой уж аферой.

Инна быстро втянулась в работу, дома обложилась книгами по ресторанному делу: просто не привыкла заниматься чем-то спустя рукава. Если уж делать, то делать хорошо. Это так сближало ее с Вадимом. Инна не знала, от чего ему пришлось отказаться перед тем, как освоил свое ремесло. Но в том, что он не позволял себе слабины, была уверена. Каждое утро Романов делал ей прическу. Она сначала отмахнулась от его помощи. Но, взглянув на него, заспанного, взлохмаченного, стоящего перед нею с несколькими расческами, молча повернулась спиной и села. Даже не спрашивала, что он будет ей делать. В парикмахерском деле ему не было равных, поэтому спокойно ждала, пока муж крутился вокруг нее.

Теперь она с Алькой уходила на работу, а он принимался за ремонт. Медленно, но верно, дело продвигалось. Несколько раз Вадим звонил Славяну, но тот был вне зоны доступа.

— Вот у кого сейчас медовый месяц со всеми вытекающими, — проговорил стилист, в очередной раз услышав красивый женский голос, извещающий, что абонент не абонент.