Это касалось только бизнеса, естественно. Переплюнуть измену Вадима и развод – ничего не сможет. Это то, что останется со мной на всю жизнь. Со временем воспоминания притупятся, а боль сойдет на нет, но я никогда не смогу этого забыть. Нет таких ластиков. Просто не бывает.

– Ты, значит, добилась от Барсова денег? – заговорщически шепнула она.

– Нет. Я добилась этого от финансовой компании, а не лично от него, – нахмурилась я.

– То есть между вами ничего?

– Между нами ничего такого, – осторожно произнесла, ощущая странный негатив в воздухе. Оля была какой-то напряженной. – Но мы ужинаем в пятницу.

– Понятно. Класс. Ты молодец.

– Не поняла?

– А куда ты пропала в пятницу? – перескочила на другую тему она.

– Ушла, – дернула плечом я. – Устала.

С Олей мы общались вполне по-приятельски, но подругой, которой душу излить можно, она не была. Нет между нами безоговорочного доверия или сакральной связи: когда человек сразу близким становится, на уровне энергии. Между нами в принципе всегда буфер в виде Светки был.

– С Вадимом? – поинтересовалась она. Так, словно между прочим.

– С чего ты взяла?

– Я видела его в клубе, – произнесла мягко. – Ты ведь не обидишься, если я с ними замучу?

Что?! ЧТО?!

– В смысле? – резко бросила. Когда они успели вообще?!

– Ой, Кать, да ладно. Вы ж в разводе.

Верно. Мы в разводе, но разве подруги так делают? А он? Вадим к Оле подбивал клинья, а потом мне в любви клялся?! Прощения просил?! А ей он тоже письма пишет?!

– Мы с ним в клубе, – хихикнула она, – сексом занимались. У него классный член: длинный, ровный, толстый. Еле в горло пропустила. Ты как сосала ему вообще?

У меня затряслись руки. Я посмотрела на огромное блюдо с морепродуктами. Шлепнуть бы крабьей клешней по нахальной морде! Это месть, что ли? Но я не понимала, за что?

– Ты зачем мне это говоришь? – холодно поинтересовалась я.