— С тобой пойду.

— Куда?

— На низ.

— Нечего там делать… Помогли уже без тебя.

— Кто?

— Землемеры из поссовета… отрезали огород еще. И предупредили, чтобы не лез на чужое.

Генька оглянулась на огород, потом на Ивана, сказала:

— Ну и не горюй…

— А я и не горюю… Нехай отрежуть его хоть по самый порог, если им так надо.

— Как люди, так и мы… — Подумала, предложила: — А может, написать куда повыше да пожалиться?

— Какой из меня писака?.. Непорожний смог бы, да только не станет он это делать, побоится. Если бы на меня заявление настрочить — тут он живо… Ладно. Ты гляди не простудись.

— Не… Тепло!.. Поживу!..

Но не долго пожила Генька. Осенью ее не стало.

3

3

Схоронил жену Иван и сразу сник как-то: голову ниже носить стал, замкнулся. То был не очень разговорчив, а теперь и совсем замолчал. Мать к нему подступалась, пыталась поднять его дух:

— Ну, што ты так убиваешься? А то лучше было, как она мучилась, бедная? Теперь хоть мучиться перестала. Оно ж устроено так: все живут-живут и умирают. Вон отца вашего когда еще схоронили… У кого на роду написано…

Иван молча отмахивался, хватит, мол, причитаний, поднимался, выходил во двор, искал себе какое-нибудь дело, но все валилось из рук.