Я бросилась к нему чуть ли не бегом, хотя понимала, что поступаю глупо. Я для него никто. И он для меня, собственно, тоже. И что с того, что он вызвался лично везти меня в Академию? Ведь Риока при этом ничем не показал, что я для него хоть что-то значу.

Дракон достал из своего кольца мутный бело-серый, плохо обработанный камень размером с яйцо, чем-то напоминающий почти полностью закрытый бутон.

— Это тебе. Здесь все песни, что ты слышал в своей жизни. Мне захотелось, чтобы у тебя осталось хоть какое воспоминание.

Он слегка наклонился, буквально всовывая мне камень в руку.

— Песни? — тупо переспросила я, так как ожидала всего, чего угодно, но никак не каменюки-проигрывателя.

— Да. Камень, конечно, как следует огранить не получилось, но на внутреннее содержание это никак не повлияет. Я подумал, что ты был бы рад вновь услышать их.

— Спасибо!

Я всё-таки бросилась ему на шею и разрыдалась. Дракон явно растерялся от подобного проявления чувств и стоял, не зная, что ему делать.

— Дарк, ты чего?

— Ничего! — мотнула я головой, поглубже зарываясь ему в рубашку. Я взрослая, а реву, как сущая малолетка.

Риока присел на корточки, притянул меня к себе и зашептал на ухо:

— Если ты так реагируешь на подарки, то я тебе ничего больше дарить не буду. А ну прекрати немедленно реветь. Как я буду объяснять ребятам в команде, почему у меня мокрая рубашка? И вообще, ты феникс, а фениксы не плачут.

— А я и не плачу, — прорыдала я, безуспешно пытаясь успокоиться.

— Так я и поверил, — проворчал дракон. — Не на всю жизнь расстаёмся. У нас впереди будет ещё достаточно времени, чтобы надоесть друг другу. Или ты думаешь, что я способен вот так бросить ученика-недоучку?

— Ты и вправду будешь со мной заниматься? — Из-за охватившего меня удивления я даже отстранилась от жёсткой ткани рубашки и посмотрела в лицо Риоки.

— Конечно, буду. Особенно, если ты не испортишь моё мнение о себе глупыми слезами. Терпеть их не могу. А у тебя видеть тем более не хочу.

— Ага, — всхлипнула я, рукавом вытирая глаза и мокрые щёки. Через силу улыбнувшись, я пробормотала: — Не было ничего. Тебе просто показалось.

— Очень надеюсь.

Риока наградил меня чувствительным щелчком по носу и широко улыбнулся. В первый раз на моей памяти.

— Всё, можешь идти. И смотри, не разочаруй меня.