Кладу телефон в сумочку, достаю зеркальце смотрю на себя: тушь в порядке, на губах вишневая помада.

Встаю напротив ориентиров, обозначенных Аланом, ловлю взглядом проезжающие мимо машины. На улице ледяной ветер, царапающий мои щеки снежинками.

Прячу ладони в карманы куртки.

Машину Алана, паркующуюся на аварийных сигналах замечаю сразу.

Этот внедорожник внушительных размеров трудно игнорировать.

Слежу взглядом за перемещением. Брат Айлин замечает меня почти сразу же. Габаритные огни гаснут, он выходит, обходя автомобиль, останавливается.

Его пальто расстегнуто, на нем нет шапки.

Между нами небольшое расстояние. Его глаза не отрываясь смотрят в мою сторону с присущим ему легким прищуром.

Первая отвожу взгляд в сторону, прикусываю щеку изнутри.

Стою на месте, без движений.

Я не подойду, пусть он идет.

Смотрю в одну точку перед собой.

Вспыхиваю мгновенно, когда в мозг врываются воспоминания страстного поцелуя с утра в машине. В голове еще свежи фантомные прикосновения.

Внутри что-то похожее на взрыв и сводящее с ума ощущение надвигающегося взрыва.

Алан делает несколько шагов, по мере приближения заявляя:

— Сюда иди, пропажа… — не могу сдержать улыбки, он подходит вплотную и обнимая за талию притягивает ближе.

— Я не пропажа, меня в деканат вызывали, — висну у него на шее, позволяя двум сильным рукам прижать меня к его телу. Быть в его личном пространстве приятно.

Обоняния касается шлейф парфюма.

Едва уловимый оттенок роскошного и многогранного звучания аромата сливается с кожей Алана, маня таинственной игрой сладковатых аккордов восточной роскоши.

— Замерзла? — отстраняет от себя, всматривается в лицо, его взгляд расфокусированный, как будто смотрит не в глаза, а прямо вглубь моей влюбленной души. Черный бархат затуманен томлением с проблеском загадочности. Весь этот микс вперемешку с элементами гипнотизирующей сексуальности пленит разум.