— Красивая девушка, — мы выходим на веранду, где синхронно достаем сигареты, — понимаю твой интерес

— Я…, - жестом дает мне понять что ему мой ответ не сильно интересен. Дурной знак.

— Она не из эскорта, ведь так? — он выпускает тонкую стройку дыма, сам отвечая себе на вопрос, — не из эскорта.

— И что? — не понимаю допроса, — я развлекаюсь

— Угумс, — Артур криво ухмыляется, — знаю я одного, который тоже мне говорил, что развлекался, потом развязал войны, сжег к хуям все договоренности что были достигнуты, а потом женился на так называемом развлечении, оставив заживо умирать ту что любит его до сих пор больше жизни

Молчу. Конфликт с Артуром мне не нужен. Фатьма, бывшая невеста дяди, сама выбрала свою судьбу. Могла уже тысячу раз выйти замуж. Но у нее что-то с головой, она в последнее время неуправляемая.

— Каким судьбами ты здесь? — пытаюсь перевести тему.

— Евкуров старший в городе, — он стряхивает пепел в специальную пепельницу вмонтированную в перегородку открытого пространства, — дядя твой не смог присутствовать, я его заменяю. Неделю Евкуров будет в столице и тебе желательно не попадаться с одной и тоже шлюхой ему на глаза

Не знал, что отец Мариям тут. Напрягаюсь. Опрометчиво было вести Алену в ресторан.

— Мой тебе совет, Алан, — Артур тушит окурок, я же делаю две глубоких затяжки, нервы ни к черту, — завязывай, отправь девку домой, пока не увяз в ней по уши

— Я сам решу когда убрать ее из своей жизни, — соотечественник приподнимает бровь

— Прояви уважение к семье невесты, не наживай себе врагов, будешь продолжать липнуть к этой бабе враги у тебя появятся можешь не сомневаться

— Ситуация под контролем, Артур, — он хмуриться

— Тебе нужны наследники, Алан, от законной жены, это укрепит твои позиции в будущем, — и он туда же. Позиции, хуиции. Злюсь. Нахрен мне эти позиции, я вообще не готов жениться, ровно как и возвращаться на родину.

Естественно, вслух это не произношу.

— Хреновый из меня жених получается, — хмыкаю, — не могу я хранить верность одной бабе, не мое это, семья, дети.

Хочу уйти, но Артур меня останавливает:

— Не наша она, Алан, не будь глупцом, — мне не приятны его проповеди, — она позволила себе до брака связь с мужчиной, значит любой мужик ее прогнет, — его грудь вздымается, — нет в ней стержня, думает тем что между ног, да что говорить, у них мужики без яиц, вот они и к нашим тянутся, — уж не знаю кого он еще имеет в виду, говоря «они». Если балерину, то там такой стержень что я чуть было об него не сломался.

Иду к Алене. На ее тарелке еда не тронута.

— Почему не поела, не вкусно? — сажусь напротив, а у самого настроения нет. Слова Артура выводят, сука, пусть только она попробует впустить в свое тело чужой член.