А однажды на мобильнике Влада высветился незнакомый номер. Питерский.

– Да, слушаю Вас!

–  Ас-салам алейкум , Брат! Это Камиль. Как ты?

–  Ваалейкум ас-салам, Брат! Альхамдулиллях! Жив здоров и на свободе! Ты как? В Питере?

– В Питере. Давай встретимся.

– Давай!

Через полчаса друзья сидели в простеньком халальном бистро на «Техноложке».

– Где борода, Камиль? – спросил Влад, показав пальцем на щетину.

– Дома осталась, – засмеялся Камиль. – Здесь мы в дар уль Харба, дар уль Куфре , здесь и щетины хватит. Зато ни разу документы не спросили!

Ну да! Спрашивать документы у русоволосого Камиля со славяно-татарским, а вовсе не горским типом лица при спокойном поведении не станут. То ли дело трясти мигрантов из Азии по метро. Хотя никто, по-моему, об узбекских террористах ничего не слышал…

– Какими судьбами, Брат? Надолго?

– Через три часа самолет на Минводы.

– О! – огорчился Влад, – Даже в гости ко мне не успеем… А чего так ненадолго?

– Дела. В Москве вопросы решали. Одного родственника выручать пришлось. Представляешь, ножом пырнул одного ублюдка.

– За что?

– За дело. Представляешь, идет парень по улице с двумя приятелями. Один татарин, а второй вообще русский. Но муслимы оба. Вдруг толпа футбольных болюлей бритоглавых. И ну цепляться к ним. Саид говорит: «Парни, давайте мы своей дорогой пойдем, вы своей?» А ему по роже главный скин! Они всей толпой хотят бодаться, как бараны. И вопят: «Чурки, мы вас всех бить будем!». Но у нас, сам знаешь, такое не принято. Саид ему ножик в брюхо по самую рукоятку.