■ Ты можешь считать себя умнее, сильнее, богаче всех вокруг. Считай – в сердце своем. НО, ПОКАЗЫВАЯ ЭТО ДРУГИМ, ТЫ ДАЕШЬ ИМ ОРУЖИЕ ПРОТИВ СЕБЯ!

■ Когда вступаешь в битву – ВЕРЬ, что одолеешь врага! Но не бахвалься. Говори: «Бой покажет!» Иначе рискуешь растратить силы на бахвальство. И их не хватит для победы.

■ Нельзя унижать того, кто кажется тебе слабым, ведь смерть от ножа в слабой руке гордеца непочетна. А нажать курок может даже ребенок… Нельзя смеяться над тем, кто недостаточно умен. Ибо глупцы злопамятны, а судьба переменчива…

Влад слушал и поражался простоте и отточенности формулировок. Видимо, много поколений мудрых людей в Горах передавали адаты. И не одна смерть пришла к людям, пока не научились так четко и отточенно формулировать правила и следовать им…

А Камиль как-то добавил к словам Устаза:

– Никогда не обижай Мужчину. Но если обидел – убей его! Ибо месть в горах неотвратима.

– Это адат, Камиль?

– Это так, глупая шутка, – смеется воин.

Никогда не понятно, когда он шутит, когда говорит всерьез…

Влад видел подтверждения словам Устаза каждое мгновение.

Влад однажды понял, что всю жизнь он жил по тем принципам, о которых говорил Устаз.

И ценил тех, чьи принципы были такими же.

И презирал тех, кто жил по принципам отвратительного самовыражения.

Однажды Влад выезжал из двора на Лесной. Проезд узкий. «Волга-3110» растопырилась так, что объехать-то ее было непросто. Но мало того. У нее был открыт капот и в нем ковырялся какой-то работяжка. А сбоку, мешая проезду, открыта дверь и оттуда торчали ноги и жопа другого работяжки, ковырявшегося под панелью.

Влад помигал фарами. Ноль реакции.

Влад посигналил. Работяжка, не вылезая, разразился матерной тирадой. Было забавно ее слушать. Торчали ноги и жопа, и откуда-то снизу доносился мат. Наконец работяжка, матерясь, засучил лапами и вылез.

– И че, бля? Не объехать, бля? Вишь, бля, работаем, твою мать!