Ближайшими соратниками брата и сестры Коппол являются «хипстеры» Джонс, Андерсон, Александра Кассаветис, Пол Томас Андерсон, Александр Пэйн и Ноа Баумбак. В более общем плане среди деятелей этой революции можно назвать Квентина Тарантино, Тодда Хейнса, Дэвида Финчера, Стивена Содерберга и Дэвида О. Рассела. У них есть свои книги, свои дискуссии, своя мифология – это «Неприглядное кино» Питера Бискинда и «Мятежники на заднем плане» Шэрон Ваксман.

Наследники Копполы, Скорсезе и Спилберга более скромные и менее склонны к саморазрушению (хотя иногда осуществляют его в буквальном смысле). Но у них есть своя особая душевная организация. Новые «кинонегодники» стали более эксцентричными и озорными, они играют со структурой и стилем в свои постмодернистские игры. Они не боролись ни с Вьетнамом, ни с Никсоном, ни даже с собственными душами. Они боролись с жанром. У них были саундтреки, а не партитуры. И определяют эту эпоху такие произведения, как «Криминальное чтиво», «Три короля», «Ночи в стиле буги», «Бойцовский клуб», «Траффик», «Академия Рашмор» и «На обочине».

«На самом деле в кинотворчестве люди должны находить такие сцены, которые им действительно подходят. Думаю, так легче всего рассказать о себе», – вздыхает София Коппола. Она счастлива всегда быть чуть в стороне. Она признает, что эстетические взгляды объединяют ее с такими старшими коллегами, как Годар, Трюффо и деятели французской новой волны. Но единственное, что имеет для нее значение в данный момент, – то, каким будет ее следующий фильм.

В июне 1999 года, когда Коппола занималась монтажом фильма «Девственницы-самоубийцы», а Спайк Джонс заканчивал картину «Быть Джоном Малковичем», они связали себя узами брака. Произошло это на буколических лужайках поместья ее родителей в Напа-Вэлли. Именно здесь благодаря бесконечным запасам лучших вин соединились два поколения мятежников от кино и Фрэнсис с Джорджем Лукасом смогли оценить Рассела и Баумбака. Самая модная кинематографическая пара своего поколения подпевала серенаду хрипловатому Тому Уэйтсу. Однако этот брак оказался недолгим.

Глава 11. Токийский дрифт

Глава 11. Токийский дрифт

«Трудности перевода» (2003)

Из аэропорта позвонил Росс Кац. «Орел сел», – повторил он фразу Нила Армстронга, достигшего Луны, и она почувствовала прилив восторга и облегчения, столь явный, что даже настроение у нее улучшилось. Кино может течь по венам, как лекарство… Впрочем, у нее не было времени наслаждаться удовольствием, ей нужно было снять фильм меньше чем за календарный месяц, а тут кинозвезда по дороге к своему отелю попала в пробку.