Небывало высокий спрос на эфиры, необходимые для инвестирования в The DAO, неизбежно подтолкнул и взрывной рост цены на криптовалюту, в итоге, ко всеобщему изумлению, капитализация венчурной организации дошла сначала до 150 миллионов, а вскоре — одномоментно, на высшей точке — и до 250 миллионов долларов.

В полном соответствии с принципами и идеалами Эфириума все участники проекта были равноправны, в нем не было администраторов и руководителей. Но, увы, энтузиасты забыли одно маленькое обстоятельство: такая система управления рассчитана на честность и добросовестность всех действующих лиц, всех византийских генералов. Между тем человеческая жадность никуда не исчезает даже в волшебном новом мире Эфириума (сейчас в моду входит выражение Эфириумвиль, что по-русски должно звучать как Эфириумград).

В изящно выстроенном коде The DAO оказалась «дыра» — по дурацкому совпадению в 666-й строчке (все равно не поверю в «число зверя»!). Она позволяла любому из участников, даже если его вклад в совместный капитал сообщества был не очень значительным, вывести его в отдельное рекурсивное ответвление под видом причитающегося ему вознаграждения. За шесть часов атаки хитроумный партнер успел умыкнуть (или лучше сказать: приделал ноги? Или: скоммуниздил? Слимонил? Как много в русском языке синонимов для подобных действий!) одну треть столь добросовестно, столь любовно собранного криптотрудящимися общака — на сумму примерно в 53 миллиона долларов.

Но в криптомире все не так, как в обычном. По правилам умного контракта The DAO получивший вознаграждение должен был подождать 34 дня, прежде чем мог бы реально забрать электронные монеты. Кто-то остроумно описал возникшую ситуацию так: это все равно как если бы бандит ограбил банк, но ему пришлось бы ждать почти пять недель перед тем, как выйти с награбленным наружу.

Но и вернуть выведенное в ответвление было технологически невозможно. Равно как и выявить и наказать грабителя, который сумел тщательно замести свои цифровые следы. Поэтому сообщество во главе с Виталиком Бутериным приняло трудное решение: осуществить срочный жесткий форк, как бы вернуться в прошлое, к моменту до кражи, и увести блокчейн в новое «русло». И таким образом аннулировать все украденные эфиры. Но решение это не устроило ревнителей чистоты шифропанковского мировоззрения, заявивших, что это — произвол, опасный прецедент, нарушение священного принципа, звучащего так: Code is Law, то есть программный код есть главный и незыблемый закон криптовалютного мира. Его нельзя разворачивать назад. В описании к проекту The DAO, правда, содержался запрет на «нанесение вреда сообществу», но, с точки зрения пуристов, это благое пожелание не имело никакой законной силы, было негодной попыткой привнести правила, методы и нравы «старого мира» — мира правительств, банков, судов, адвокатов и так далее — в чистый новый криптомир. Объединившиеся оппозиционеры смогли продолжить существование прежнего блокчейна, без развилки. При этом они объявили его настоящим, истинным Эфириумом, получившим официальное название Ethereum Classic (ETC). В момент, когда я пишу эти строки, ETC отстает от «нового» Эфириума по капитализации почти в десятки раз. Карлик в сравнении…