К ситуации лучшим образом подходит пословица «чужое добро впрок не идет», но я, пожалуй, воздержусь!

К счастью, в последующие месяцы Аттали не оставляет своих попыток убедить Миттерана. За ситуацией пристально наблюдает министр юстиции Робер Бадинте, способный (и все об этом знают) как ускорить, так и затянуть любое дело. В итоге президента удается уговорить. Чтобы больше не выслушивать их просьбы, Миттеран в итоге сдается и, кажется, прекращает сопротивление. Со сдержанностью, если не сказать со скупостью, он дарует молодым банкирам свою милость.

Конец Ротшильдов

Конец Ротшильдов

Как и в великие времена, свершилось то, что было предначертано волею Всевышнего: Ротшильдов как бренда во Франции больше нет. Прошлого не воротишь. Однако Миттеран, проявив великую милость, разрешил, чтобы Давид, Эрик и остальные снова встали на ноги. Но есть условие: они назовут свой проект «Компания X», а то и просто «Контора» или «Шаражка», но никак не семейным именем. Оно никогда больше не должно возродиться.

Ротшильды решают сделать отсылку к компании, которая управляла железнодорожной веткой Париж – Орлеан и с давних времен была частью фундамента семейного бизнеса. Так появляется компания PO Gestion. Согласно лицензии, ее единственный вид деятельности – это размещение и администрирование ценных бумаг, акций и облигаций для опытных клиентов. Иными словами, она стоит на минимальной, я бы даже сказал, нулевой ступени финансовой работы.

При оформлении разрешения, которое с таким трудом удалось вымолить у правительства, шли горячие дискуссии о разрешенном виде деятельности и об отказе от использования прежнего бренда, теперь запрещенного. Как же несправедливо, когда не разрешают использовать свое же имя! Но таково требование социалистов, провозгласивших себя рыцарями равенства и терпимости. В жизни как в фильмах – кто главный, тот и прав. Сейчас в роли главных левые. Теперь они сделают то, о чем мечтали столько лет, и все те, кому они завидовали, в том числе Ротшильды, им дорого заплатят.

К счастью, дальновидные распоряжения основателя рода Майера Амшеля окажутся вознаграждены. Филиалы империи, построенной им в пяти разных странах, представляли собой потенциальные убежища. В них в случае притеснений, войн или революций могли укрыться члены семьи. После падения австрийского, немецкого и итальянского домов наступила очередь французского, загубленного завистниками. В живых остаются Англия и теперь еще и Швейцария.

Прекрасная все-таки идея пришла сто лет назад в голову покойным Адольфу и Жюли де Ротшильд, когда они в поисках тишины и природы купили имение Преньи. С него и начался швейцарский проект. Как показала история, никакой защиты от различного рода бед Европа в целом не дает, но есть одно удивительное исключение – Швейцария. Самая уязвимая и при этом самая стабильная из европейских стран. Даже Гитлер, захвативший весь континент, не перешел ее границы…