Створки раздвинулись, и трое охранников в одинаковых черных комбинезонах и шерстяных шапочках ринулись внутрь с пистолетами наготове. Глаза всех троих были устремлены на открытый люк в потолке кабины. Питт вытянул ногу и подцепил подножкой замыкающего. Тот споткнулся и повалился на первых двух, сбил их с ног, и все трое оказались на полу, барахтаясь в переплетении рук и ног. Питт тут же нажал кнопку первого этажа, подождал, пока лифт опустится на несколько футов, и ткнул пальцем красную кнопку аварийной остановки. Лифт застрял между этажами. Джиордино тем временем уверенной рукой оглушил двух охранников рукояткой пистолета, приставил ствол ко лбу третьего и рявкнул по-испански:

– Бросай оружие, иначе пристрелю!

Охранник был стойким парнем и настоящим профессионалом – как те наемники, с которыми им пришлось столкнуться в шахтах Пандоры. Питт напрягся, почувствовав, что он может попытаться выстрелить первым, но тот прочел холодную решимость в глазах Питта и распознал смертельную угрозу. Понимая, что стоит ему не так моргнуть, и пуля в лоб обеспечена, он поступил мудро и бросил оружие на пол – такой же “П-10”, как у Джиордино.

– Все равно вы, клоуны недоделанные, никуда отсюда не денетесь! – скривившись, бросил он по-английски.

– Так-так, интересно, – деланно удивился Питт. – Ты только посмотри, Ал, кто к нам пожаловал. Еще один наемный бандит вроде наших покойных приятелей в Колорадо. Наверное, Карл Вольф платит вам хорошие денежки за то, чтобы вы ради него убивали и умирали.

– Не твое собачье дело, – огрызнулся наемник. – Умирать придется тебе.

– Да что вы все заладили одно и то же?! – Питт направил свой кольт в глаз бандита. – Доктор О’Коннелл и ее дочь – где их держат? – Питт не пытался имитировать треск погремушки на хвосте гремучей змеи, но впечатление производил именно такое. – Говори, или я спущу курок. Ну, быстро, где они?!

Питт был человек крутой, но не садист. Однако его перекошенное лицо и горящие злобой глаза могли сбить с толку любого и. вполне убедили охранника в том, что перед ним псих, который с радостью вышибет ему мозги.

– Их... их держат на одном из судов.

– На каком?

– Не знаю. Богом клянусь, не знаю!

– Он врет, – сказал Джиордино голосом холодным и скользким, как замерзшее масло.

– Правду! – зловещим тоном потребовал Питт. – Говори правду, иначе твои глазные яблоки сейчас размажутся по той стенке.

Он оттянул курок револьвера и приставил дуло сбоку к левому глазу охранника с таким расчетом, чтобы пуля прошила и правый тоже.

Нельзя сказать, чтобы угроза так уж напугала наемника, по-прежнему смотревшего на Питта с ненавистью и вызовом, но он, видимо, решил все-таки не рисковать и нехотя пробурчал: