— Когда она сможет выступить перед членами Конгресса?

— Во всяком случае, в ближайшие три дня этого не произойдет.

На лице Канаи появилось удовлетворенное выражение.

— А что у тебя? — спросил Зейл. — Надеюсь, не будет никаких ошибок или непредвиденных проблем?

— Полагаю, что нет. Схема продумана до мельчайших деталей. Я не вижу оснований для опасений.

— Ваша команда уже на борту танкера?

— Полностью, кроме меня. Вертолет доставит меня на борт, когда танкер будет в ста милях от входа в залив. — Канаи бросил взгляд на часы. — Мне предстоит руководить последними приготовлениями, поэтому пора двигаться.

— Военные не смогут остановить танкер?

— Тех, кто попытается это сделать, ожидает достойный прием и неприятный сюрприз.

Оба поднялись с мест и обменялись рукопожатием.

— Удачи тебе, Омо. В следующий раз, когда встретимся, правительство США будет у нас в кармане.

— А чем собираетесь заняться вы во время завтрашних событий?

Зейл криво улыбнулся:

— Мне предстоит выступить перед комитетом, возглавляемым этой стервой Смит.

— Думаете, она знает о наших планах?

— Вне всякого сомнения, Салли Морз уже просветила ее на этот счет. — Зейл повернулся и бросил взгляд в окно, за стеклом которого виднелись подсвеченные прожекторами главные монументы столицы. — Завтра к этому времени это не будет иметь никакого значения. Общественное возмущение против поставок зарубежной нефти достигнет пика, и никто уже не осмелится противостоять нашим планам.

* * *

Когда на следующее утро Лорен вошла в помещение комитета Конгресса, она не могла скрыть удивления. В зале не было ни привычной толпы адвокатов, ни других чиновников корпорации «Цербер».

Кертис Мерлин Зейл в гордом одиночестве сидел за столом свидетеля.

Более того, перед ним не было даже деловых бумаг. Он непринужденно приветствовал членов комитета по мере того, как они входили в комнату заседаний и занимали свои рабочие места. Его взгляд равнодушно скользнул по Лорен, и она внезапно почувствовала, что он не боится ни ее, ни предстоящего слушания. Несмотря на представительную внешность и респектабельный вид, Зейл напомнил ей ядовитую змею, сознающую свою силу и посему спокойно греющуюся на солнце.