Дэнди уже не думал об инструкциях и опасности. Он находился слишком близко к эпицентру взрыва, и шальная неуправляемая волна могла его достать. Он даже не догадывался, что за ним кто–то мог наблюдать.

3

Колесников всю жизнь числился в начальниках среднего звена и никогда не получал нагоняев. Сегодня перевернулся мир. Досталось всем без исключения. Спозаранку в привокзальном отделении дрожали стены.

В тот момент, когда Колесников должен был входить в метро, Зойка пребывала в стадии оргазма, и сотрясание старых пружин продлилось еще на какое–то время. Любовь с похмелья увенчалась морем пота, одышкой, мучением от головной боли и спазмом сосудов. Знал бы бедолага, что в тот самый момент один из самых больших начальников из управления железнодорожной милиции с разъяренной красной физиономией стучит по его служебному столу кулаком, то тут же превратился бы в импотента без малейшей надежды на излечение.

В жизни Колесникова наступила черная полоса. С этой минуты жалкое креслице начальника привокзальной ментовки трясло все больше и больше, а Колесникову казалось, что его усадили на электрический стул. Лихорадка превращалась в землетрясение. Прибытие начальства поставило точку на спокойной и безмятежной жизни.

Ловя ртом воздух и придерживая рукой сердце, чтобы не выпрыгнуло, Колесников примчался на тринадцатый путь. О происшествии ему доложили, и он уже знал, как оправдываться. Два года назад ему проели плешь пожарники, и он вынужден был составить докладную записку железнодорожникам, чтобы те убрали с путей рассадник заразы, но «железка» игнорировала все доводы правоохранительных органов и противопожарной безопасности. Колесников набрал в легкие воздуха и собрался открыть рот, но ему не дали этого сделать. В свои пятьдесят четыре года он как мальчишка стоял навытяжку и принимал душ из помоев. По окончании постыдной процедуры начальство вернулось к своим занятиям.

В одном из заброшенных вагонов найден убитый холодным оружием сержант милиции. Убит на посту во время несения дежурства. Скандал! Колесников так не считал. Как только он увидел труп, его пророчество подтвердилось: «Такие люди своей смертью не умирают».

Врач и криминалист ползали по полу вокруг покойника, а полковник разглядывал удостоверение жертвы.

— Твой парень? — спросил начальник, не глядя на подчиненного.

Колесников кивнул, но его жест остался незамеченным.

— Такого мужика силой не заманишь, а труп не затащишь. Гулливер. Значит, сам сюда пришел. Зачем? Кто здесь тусуется?

Колесников взглянул на интеллигента в очках, который сидел в углу на ящике и что–то записывал в блокнот. Слово «тусуется» звучало неестественно. Приличный костюм, мягкое лицо, а рот открыл и…