Карлов сделал шаг вперед, он держал револьвер возле уха, стволом вверх, словно вымерял расстояние до мишени. Дэнди не шелохнулся. Карлов сделал еще два шага. Они пожирали друг друга взглядами, и расстояние между ними сокращалось.

Антон закусил нижнюю губу и вцепился в рулевое колесо. Он боялся отвлечь Дэнди от цели, победу решали доли секунды. Противники начали сходиться. Маленькая кочка в рыхлой земле, камень, коряга — и бой проигран. Расстояние сокращалось, напряжение росло. О чем думали эти люди? Ни о чем. Они вообще не думали. Некогда думать, грустить, вспоминать, их ждала развязка. Каждый шаг приближал кого–то из них к могиле. Солнце пекло нещадно. У Карлова намокли волосы, мокрые пряди падали на глаза, капельки пота стекали по лицу. Карлов не выдержал. С расстояния двадцати пяти метров или чуть больше он выбросил руку вперед и трижды выстрелил. Дэнди нажал на спусковой крючок в ту же секунду. Канонада слилась в один шумный поток глухих щелчков и эхом разнеслась по степи. Карлов упал. Одна пуля разбила ему бедро, вторая снесла левую руку в локтевом суставе, третья пролетела мимо. Но и двух свинцовых виноградин хватило, чтобы сбить его с ног. Он лежал на рыхлой земле и смотрел в небо. Тишина. Аромат скошенной травы и зеленый кузнечик на тонкой соломинке. Вот она, оборотная сторона жизни. Он не чувствовал боли, она придет позже. Глупая смерть. Он мог убить его в машине, на ходу, и обойтись без лишних трудностей. Но это же бессмыслица!

Вот он подошел к нему. Победитель. Все при нем. Молодой, сильный, красивый, везучий, наглый и глупый. И Катька его любила, стерва. Опять победа досталась ему.

Дэнди смотрел на поверженного врага, которого считал своим другом. Смотрел, поедая его взглядом. Вот он — умный, хитрый, целеустремленный, расчетливый, изворотливый, злопамятный, завистливый. Для смерти нет хороших и плохих. Все люди — ее будущие клиенты, все одинаковы, и каждый стоит и ждет своей очереди, чтобы встретиться с ней.

Слабеющая рука Карлова приподнялась, но револьвер выпал из онемевших пальцев.

Дэнди усмехнулся и упал на колени. Сильный молодой организм боролся, сопротивляясь боли. Одна из пуль, выпущенная оружием противника, застряла в его теле, и сейчас он не мог с уверенностью сказать, что проживет дольше своего врага.

В эту секунду к месту дуэли подскочил мальчишка. Его побелевшее лицо заливали слезы.

— Димыч! Ты жив? Ты в порядке?

Дэнди схватил Антона за ногу и хриплым голосом произнес:

— Не теряй времени. Тащи веревку. Живо.

— У нас нет веревок, мы оставили их в лесу, у болота.