— А кто убрал Дзюбу?

— Я.

Шульгин покачал головой, но ничего не сказал.

— Он может отказаться от своих слов.

— Не откажется. Он признался в четырех убийствах, три из них убийства криминальных авторитетов. Криминальный мир такого не простит. В крышевании наркоторговли, работорговли, контрабанды. Он ваш.

— Однако…

— Кроме того, у меня есть его письменное признание в убийстве Богдановского.

— Где?

— У меня. Передам вам, когда выберусь из страны.

Шульгин уважительно покивал головой.

— Помощь нужна?

— Нет.

— Мы можем вывезти вас в Крым. Можете пожить в санатории Минобороны, в лучших условиях. Сколько пожелаете.

— Я сказал — нет.

Мимо — пробежала стайка молодых людей, каждый — катил перед собой старую покрышку. Ангел и Шульгин посторонились.

— Митинг там — сказал Ангел — требуют покарать ментов, которые убили их побратимов. Жгут шины. Я сюда шел, видел.

Шульгин цинично и скептично усмехнулся.

— Ну-ну…

— У нас всё?

— Ну, если вам не нужна помощь, то, наверное, всё. Если судьба еще столкнет — можете на меня рассчитывать. Позвольте так-скэзэть пожать вашу руку.