Зола наконец оторвалась от разглядывания механической ступни.

– Почему ты все еще стоишь на коленях?

Кай взял ее металлическую руку и прижался губами к блестящим пальцам.

– Привыкай, люди теперь часто будут стоять перед тобой на коленях. Это прилагается к статусу.

– Тогда я издам закон, чтобы вместо коленопреклонения подданные давали мне «пять».

– Гениально! – широко улыбнулся Кай. – Пожалуй, я украду твою идею.

Зола села, свесив ноги с балкона. Посмотрев на старую ступню, она снова посерьезнела.

– Мне нужно знать твое мнение по одному вопросу.

Кай сел рядом, с любопытством ожидая продолжения. Зола смотрела на озеро, собираясь с духом.

– Я думаю… Я решила упразднить лунную монархию.

Она ждала ответа. От напряженного молчания воздух вокруг как будто стал плотнее. Но Кай не спросил: «Почему?», или «Как?», или «Ты с ума сошла?».

Вместо этого он сказал:

– Когда?

– Не знаю. Когда все утрясется. Когда я пойму, что они справятся. – Зола глубоко вздохнула. – Ведь рано или поздно это повторится. Какой-нибудь король и королева сочтет незазорным промывать мозги своим подданным и воспользуется даром, чтобы поработить их. Необходимо разделение властей. И я решила учредить на Луне республику, выборы, и все такое.

Зола помолчала. Она по-прежнему чувствовала себя глупо, говоря о политике так, будто она в этом разбирается. Когда Кай задумчиво кивнул, Зола вдруг поняла, как важно ей было получить его одобрение. Комок в горле растаял.

– Думаешь, это хорошая идея?

– Я думаю, что будет очень сложно воплотить ее в жизнь. Люди боятся перемен; даже те, кто пострадал от правления Леваны, приветствовали твое восхождение на трон. А еще на Луне множество предрассудков, связанных с королевской кровью. Но ты приняла верное решение. Луне нужны именно такие перемены.

Зола почувствовала, что у нее гора с плеч свалилась. Даже захотелось поболтать ногами.

– И что ты будешь делать после отречения? – поинтересовался Кай.

– Не знаю, – пожала плечами Зола. – Слышала, Торн ищет механика. А что?