— Мы выставили Департамент Расследований в весьма неприглядном свете. Из-за этого?

— Да, частично вопрос в этом.

Айя почувствовала, как у нее внутри все закипало.

— А вам не показалось странным, что стоило нам затронуть Департамент Расследований, как уже через два дня полиция явилась ко мне, явно пытаясь повесить на меня серьезное преступление?

— О вашем открытии я не сообщал никому. Собирался пойти с этим к Интенданту, но все не представлялся случай. А вы кому-нибудь рассказывали?

— Нет.

— На работе? Друзьям?

— Вообще никому.

Родер беспокойно посмотрел в окно:

— Думаете, что кто-то забрался сюда и прочел документы на моем столе? Весьма странно. Уже давно никто не проявлял к моей работе ни малейшего интереса.

— А сколько времени прошло с тех пор, как вы раскрыли преступление, которое было совершено в самом здании?

Он замахал руками и засмеялся:

— Я уже и забыл, вы мне напомнили. Это произошло лет тридцать назад, или около того.

Айя изумленно посмотрела на него. Родер затянулся, выпустил дым и покачал головой.

— Думаю, мне удалось вас прикрыть. Я поговорил с полицейскими довольно резко и собираюсь встретиться по этому вопросу с Менгене и самим Интендантом.

Девушка отвернулась, чтобы скрыть радостный блеск глаз. В полиции, как и во всех правительственных структурах, хватало своих проблем. Если ей удастся выиграть поединок здесь, на верхних этажах бюрократической пирамиды, то расследование внизу заглохнет, еще не начавшись. Только бы у них не оказалось какого-нибудь вещественного доказательства.

— Спасибо, господин Родер!

Он снова по-птичьи склонил голову, замигал своими голубыми глазами, и Айе показалось, что за ней наблюдает некая странная нахохлившаяся птица.

— Жаль, но вам придется возвратиться к своей прежней работе, — произнес Родер. — Похоже, она не очень… хорошо оплачивается. Я просмотрел вашу учетную карточку и выяснил, что вы не получили специального образования по программе использования «живой плазмы».

— Да, — подтвердила она. — Я не могла себе этого позволить.