– Прощайте, доктор Икс, – сказал Хакворт. – Вы понимаете, что при всем глубочайшем личном уважении я не могу пожелать вам успеха в теперешнем предприятии.

Он снял шляпу и низко поклонился на одну сторону, вынудив Похитителя для равновесия качнуться в другую. Доктор Икс вернул поклон, еще раз показав коралловую пуговку на макушке. Хакворт пришпорил Похитителя и двинулся к Шанхаю.

На сей раз он выбрал более северную дорогу, одно из сходящихся к мегаполису радиальных шоссе. Через какое-то время он понял, что в сознание его вот уже неизвестное число минут пробивается звук: тяжелый, далекий, быстрый барабанный бой, в два раза чаще его пульса. Первым делом он, разумеется, подумал о Барабанщиках и, наверное, не устоял бы перед искушением спуститься к воде, проверить, не протянулись ли так глубоко внутрь суши щупальца их колонии, если бы не взглянул на север и не различил на соседнем шоссе, милях в двух на плоской равнине, черную пешую колонну, которая двигалась на Шанхай.

Впереди дороги сходились, и Хакворт пустил Похитителя в галоп, чтобы до беженцев проскочить перекресток. Он легко обогнал колонну, но все напрасно: авангард уже захватил пересечение дорог и никого не пропускал.

Отряд состоял исключительно из одиннадцати-двенадцатилетних девочек. Их было два, может быть, три десятка, и они явно только что отбили позицию у более малочисленных Кулаков, которые, туго скрученные пластиковыми веревками, валялись теперь в тени тутовых деревьев. Примерно три четверти девочек несли дозор. Они были вооружены заостренными бамбучинами, у нескольких Хакворт видел автоматы и сабли. Остальные отдыхали, сгрудившись в кружок у самого перекрестка, пили свежевскипяченную воду и увлеченно читали. Хакворт узнал книги: в одинаковых яшмовых переплетах, они с годами обрели каждая свое лицо – наклейки, рисунки и тому подобное.

Только сейчас Хакворт заметил еще девочек: группами по четыре они ехали за ним на велосипедах, теперь обогнали и присоединились к остальным.

Оставалось только пережидать колонну. Барабанный бой нарастал, вскоре начал дрожать самый асфальт. Рессоры в ногах Похитителя заработали, пружиня при каждом толчке. Прошел следующий передовой отряд. Хакворт без труда определил его численность: двести пятьдесят шесть девочек. Батальон составляли четыре роты, роту – четыре взвода, взвод – четыре отделения по четыре девочки в каждом. Они двигались очень быстро, видимо, торопились занять следующий перекресток.

Наконец прошла основная колонна. Все девочки маршировали в ногу. Каждый батальон нес несколько паланкинов, которые постоянно переходили от четверки к четверке, чтобы носильщицы не уставали – не роскошные, с занавесками, а простые, из связанных пластиковыми веревками бамбучин с дерматиновой обивкой, ободранной где-нибудь в старых кафетериях. На носилках ехали девочки, с виду ничем особо не отличающиеся, разве что на год или на два старше остальных. На офицерш они не походили: не отдавали команд и не несли знаков отличия. Хакворт не понимал, за что им такой почет, пока одна не согнула ногу и не сняла туфельку. Стопа у нее была изуродована: на несколько дюймов короче нормальной.