Кто-то постучал в дверь бара, и Джордан вышла из задумчивости. Потрясла головой, чуть отпустила метлу. Она слишком устала для всего этого. Такова цена нейтралитета, поняла она за долгие годы, прошедшие с тех самых пор, как она впервые увидела силовую линию, — работать в одиночку гораздо утомительнее.

Стук повторился, чуть громче и настойчивее. Джордан вздохнула.

— Мы закрыты! — крикнула она. — Приходите завтра.

Затаила дыхание, прислушалась. Ее защитные чары молчали, но она все равно была настороже, осознавая потенциальную опасность. Ушел ли посетитель? Джордан взглянула на тикающие над баром часы. Почти час ночи.

Джордан снова взяла метлу. Пора ей уже заканчивать. Поспать. С утра она лучше поймет, что нужно Пламени...

Над дверью что-то треснуло, будто косяк переломился пополам.

Усталость Джордан смыло всплеском адреналина. Она позволила метле упасть с грохотом и бросилась за стойку. У нее еще оставались талисманы. Слабые, но их хватит.

Ручка двери повернулась, дверь открылась. Обереги дрожали, будто их потревожил ветерок, но такой силы магии, как утром, не чувствовалось.

— Я же сказала! — крикнула Джордан, сжав в кулаке талисман, готовясь активировать его одним движением пальцев. — Мы закрыты.

Зерена Пулноц ворвалась в зал, одарив Джордан улыбкой, холодной и блестящей, как замерзшее озеро.

— Джордан, — пропела она. — Ты ведь сделаешь для меня исключение?

Джордан не шелохнулась. Не разломила оберег. Просто смотрела, как Зерена идет по бару. Одетая для вечеринки, в длинном серебристом платье, шлейф которого тянулся за ней, в ожерелье, сверкавшем на шее в приглушенном свете бара. Ее взгляд упал на метлу, на обломки талисманов.

— Слышала, ты сегодня попала в переделку. — Она ткнула метлу острым носком туфли. — Тебе угрожали какие-то хулиганы. — Подняла глаза, встретилась с Джордан взглядом. — Знаю, у тебя под прилавком оберег, Джордан. Не трать силы на его активацию. Сегодня я тоже с талисманами. — Она коснулась ожерелья, от чего по залу прошла дрожь. Силовые линии вспыхнули. Джордан уронила талисман на пол.

— Что тебе нужно? — зашипела Джордан. — Я уже отказала твоим псам.

— Да, ты сильно обожгла беднягу Ивана. — Зерена прищелкнула языком и покачала головой. Затем сняла стул с ближайшего столика и уселась на него. — Я буду сайдкар[67], если не возражаешь. — Обернула ожерелье вокруг пальца. Раздался грохот.

— Мы закрыты, — сердце Джордан готово было выпрыгнуть из грудной клетки.

Пламя и впрямь отчаялось. Сначала драка на улице, теперь Зерена Пулноц собственной персоной. Жена посла и хозяйка Пламени.