— Так-та-ак, — протянул он. — Это уже любопытно.

— В том-то и дело, — взволнованно подтвердила Робин. — Пришлось шевелить мозгами.

— Не иначе как вы сказали, что вас зовут Аннабель?

— Нет. — Робин подавила смешок. — «Ладно, — говорю, — уж признаюсь вам: я — его возлюбленная». И пустила слезу.

— Вы заплакали?

— А что такого? — удивилась Робин. — Вошла в образ. Пожаловалась девушкам, что он, похоже, мне изменяет.

— С кем, с Элисон? Если они ее видели, то вряд ли поверили…

— Да я не уточняла, просто сказала: подозреваю, мол, что его здесь вообще не было… Такую сцену разыграла, что девушка, которая запомнила Элисон, отвела меня в сторонку и стала утешать. Мы, говорит, не имеем права разглашать подобную информацию без официального запроса, у нас такая политика, тра-ля-ля… ну все как водится. Но чтобы я не плакала, она в конце концов шепнула, что он прибыл вечером шестого числа, а выехал утром восьмого. Устроил скандал из-за того, что ему в номер доставили не ту газету, — потому его и запомнили. Выходит, он точно там был. Я даже поспрашивала… с истерическими нотками… ручается ли она, что это на сто процентов был он, и описала его подробнейшим образом. Мне известно, как он выглядит, — добавила Робин, предвосхищая вопрос Страйка. — Я перед поездкой зашла на сайт компании «Лэндри, Мей, Паттерсон» — там есть его фото.

— У вас блестящий ум, — сказал Страйк. — История получается какая-то мутная. Итак, что вам рассказали про Элисон?

— Что она приехала с ним повидаться, а его не было. Однако же ей подтвердили, что номер числится за ним. И она уехала ни с чем.

— Более чем странно. Она же знала, что он на конференции; ей бы следовало в первую очередь наведаться туда, правда?

— Не знаю.

— А эта услужливая девушка не говорила, видела она его только при регистрации и выписке или в другое время тоже?

— Нет, не говорила, — ответила Робин. — Но мы же знаем, что на конференции он присутствовал, верно? Я сама проверяла, помните?

— Мы знаем, что он зарегистрировался и, видимо, получил бедж участника. После чего на машине вернулся в Челси, чтобы повидаться со своей сестрой, леди Бристоу. Зачем?

— Ну как… она была в тяжелом состоянии.

— Разве? Ей только что сделали операцию, все прошло, как думали, благополучно.

— Ей удалили матку, — сказала Робин. — Вряд ли после этого у нее было прекрасное самочувствие.

— Перед нами человек, который не жалует свою сестру (о чем я слышал от него лично), считает, что операция у нее прошла успешно, и знает, что у сестры есть двое заботливых детей. К чему тогда эта срочность?