В воображении Страйка отпрыски Джейго Росса – сущие эмиссары своего папаши, заядлого ходока, – покоились под черным платьем, сплетясь в клубок из двух не полностью очеловеченных белых эмбрионов. Страйк обрадовался, что они сейчас там, в утробе, если такое невеселое чувство можно назвать радостью. Все препятствия, все сдерживающие факторы можно было только приветствовать, потому как Страйку сейчас открылось, что сила тяготения, которая так долго привязывала его к Шарлотте на фоне сотни сцен, скандалов и бесконечной лжи, отнюдь не исчезла. Как всегда, Страйка не покидало ощущение, что в зеленых с янтарными крапинками глазах таится необъяснимая способность Шарлотты читать его мысли.

– Они скоро запросятся на свет. Я делала УЗИ. Там мальчик и девочка. Джейго очень обрадовался мальчику. Ты сегодня один?

– Да.

Как только Страйк солгал, за плечом Шарлотты вспыхнул зеленый отсвет. Робин. Она живо беседовала с чахлой женщиной в пурпурном парчовом одеянии, наконец-то отделавшейся от Герайнта.

– Миленькая, – отметила Шарлотта, повернувшись в ту сторону, где зацепился взгляд Страйка.

В ней и прежде работал сверхъестественный радар, который фиксировал малейший проблеск интереса Страйка к другим женщинам.

– Погоди, погоди… – задумчиво протянула она. – Не та ли это девушка, которая с тобой работает? Знакомое лицо, мелькало во всех газетах, как же ее… кажется, Роб?..

– Ты ошиблась, – перебил Страйк. – Это не она.

Страйка ничуть не удивило, что Шарлотта знает имя Робин, равно как и то, что она опознала его напарницу даже с карими линзами. Не иначе как все это время он был у нее под колпаком.

– Тебе всегда нравились девушки с таким цветом волос, правда? – В ее игривости сквозили нотки фальши. – Та американочка, с которой ты начал встречаться после нашего разрыва в Германии, тоже была рыже…

Кто-то рядом с ними негромко воскликнул:

– Кого я вижу! Шарли!

Иззи Чизуэлл, чье раскрасневшееся лицо вошло в непримиримый конфликт с оранжевым платьем, с лучезарной улыбкой неотвратимо надвигалась на Страйка и Шарлотту. Страйк заподозрил, что она осушила не один бокал.

– Здравствуй, Из, – с натянутой улыбкой поприветствовала знакомую Шарлотта.

Страйк буквально кожей чувствовал то усилие, с которым Шарлотта вытащила себя из пучины старых обид и ран, где постепенно тонули их отношения, пока не ушли на дно.

Он повторно сделал попытку отойти, но в тот самый миг толпа расступилась и в каких-то трех метрах от детектива и его собеседниц возник принц Гарри в ореоле своей фантастической раскованности; в такой ситуации бегство Страйка произошло бы под пристальным вниманием доброй половины всех присутствующих. Оказавшись в ловушке, он завидел официанта с подносом, выбросил вперед мощную ручищу, чем не на шутку перепугал беднягу, и успел схватить очередной бокал. Несколько секунд Иззи и Шарлотта неотрывно глазели на принца. Когда стало ясно, что подходить к ним Гарри пока не собирается, они снова повернулись друг к дружке и продолжили разговор.