– Собака на вас не лаяла? – поинтересовался Муратов.

– Не помню… Ах да! Сперва кинулась было, но я подошел к ней, и она узнала меня, замолчала.

– Вот тут-то вы и обнаружили эту штучку? – Максим Петрович слегка приподнял над столом топор. – Так?

– Да, да… – Малахина передернуло, он заметно побледнел. – Я споткнулся о дровосеку и увидел…

– Продолжайте, – удовлетворенно сказал Максим Петрович.

«Я знал, что в доме ночуют двое, но, когда услышал храп двух человек, из которых один был мне совершенно незнаком, а другой, Извалов В А., был известен мне как человек физически очень сильный, я усумнился в надежности своего орудия – ключа. Он показался мне слишком легким. Поэтому, обнаружив в дровосеке топор, я взял его с собой, а ключ спрятал в кустах малинника. Затем я еще некоторое время постоял около двери, послушал и понял, что находившиеся на веранде люди спали глубоко. Тогда я отворил дверь и вошел на веранду, где сразу обнаружил спящих, и, подойдя к ним вплотную, изо всех сил ударил в голову сначала Извалова В. А., а потом и другого.»

«Я знал, что в доме ночуют двое, но, когда услышал храп двух человек, из которых один был мне совершенно незнаком, а другой, Извалов В А., был известен мне как человек физически очень сильный, я усумнился в надежности своего орудия – ключа. Он показался мне слишком легким. Поэтому, обнаружив в дровосеке топор, я взял его с собой, а ключ спрятал в кустах малинника. Затем я еще некоторое время постоял около двери, послушал и понял, что находившиеся на веранде люди спали глубоко. Тогда я отворил дверь и вошел на веранду, где сразу обнаружил спящих, и, подойдя к ним вплотную, изо всех сил ударил в голову сначала Извалова В. А., а потом и другого.»

– Что же, после вашего первого удара тот, другой, Артамонов, так и не проснулся? – спросил Максим Петрович.

– По-моему, нет, – ответил Малахин, слегка поеживаясь, словно от озноба, видимо, вспомнив страшную картину убийства. – Пожалуйста, – снова покрываясь потом, задыхаясь, хрипло проговорил он. – Извините…

Он вынул из внутреннего кармана стеклянную трубочку с валидолом, с трудом, промахиваясь, дрожащими пальцами вытащил из нее ватную затычку и положил в рот таблетку.

– Зачем вы поставили в сенях топор к стене? – подождав, пока Малахин успокоится, спросил Муратов.

– Ну… как – зачем? – удивился Малахин. – Чтобы не мешал искать деньги.

– Но ведь вы же только что говорили, что не думали о деньгах?

– Да, сперва не думал. А как все это произошло, тогда явилась мысль, что раз уж пошел на такое дело, так чего же и деньги не взять… Все равно ведь.