— Уезжал.

— Надоело здесь сидеть?

— Ага.

— Ну и как?

— Никак.

Я зашел в тупик. И решил начать с другого конца.

— Хотел выпить, а сосед наш трезвенник. Его святейшеству врачи запретили. Вот я и ждал вас. Может, составите компанию?

— У тебя же был принцип: не пить с утра, — проворчал моряк.

— Какое удовольствие от принципов, если их не нарушать! Это не я, а кто-то из классиков. Но я целиком присоединяюсь. Так что, опрокинем?

— За углом есть автомат. Портвейн “Три семерки” в разлив.

— Идет. А заесть чем?

— Конфетку купишь, если без закуски не научился. Там дают.

Было четверть двенадцатого, и на стоянку автобусов я мог пойти позже. Сейчас важнее был Войтин. Поэтому я побренчал мелочью в кармане, и мы отправились в “автомат”.

— Угощаю я! — заявил я категорично.

— Не прыгай. Тебе денежки пригодятся.

— Всем пригодятся.

— Вот не люблю я этих счетов! — сказал Войтин. — Просто терпеть не могу! И молод ты еще со мной спорить и меня угощать. Или у тебя опять принцип?

— Тогда пополам, — сдался я.

Мы зашли в “Пиво — воды”, где стояли автоматы. В окошечки были засунуты этикетки от бутылок: они соответствовали содержимому, которым заправляли автоматы. “Портвейн”, “Виньяк”, “Вермут”… Войтин взял в кассе жетоны. Один сунул мне.

— Потом. — Он отвел мою руку с деньгами. — Потом посчитаемся. Э, стаканы опять грязные?