— Те женщины так и смирились?

— Нет, обращались в партком. Пустое дело…

— Кстати, Петрович, ты был на отчетно-выборном собрании?

— Да, был.

— Как думаешь, почему не переизбрали секретаря парткома на очередной срок?

— Его даже не рекомендовали.

— Почему?

— Думаю, он не устраивал директора завода. Досаждал ему, отстаивая интересы рабочих и сотрудников. Да еще и обратился с письмом о разных злоупотреблениях к самому Грилову.

— А начальника ОТЗ за что сняли?

— За то, что наводил порядок. Пытался взять под контроль ОТО. И ему тоже сказали: не суй нос куда не следует. Начальник управления даже приказ издал, запрещающий вмешиваться. А контроль возложил на главного бухгалтера, того еще пса, надежного…

— Жаль, что уволили начальника ОТЗ, — сказал Миронов. — Уж кто-кто, а он был на своем месте.

— Пришелся не ко двору. Думаю, тебе, Алексей, стоит переговорить с ним. И еще с Маркеловым, заместителем директора. Они пытались уличить Кайля, но, как видишь, тщетно.

— Ох уж этот Кайль, — проговорил сквозь зубы Миронов. Он не мог простить себе, что не сумел доказать его вину, привлечь к уголовной ответственности.

— Непотопляем. Нашел укромную бухточку, переждал.

— Да, перехитрил, стервец. Ускользнул. Но теперь… — Дай-то бог, — сочувственно вздохнул Трофимов и перевел разговор в прежнее русло. — Вернемся, однако, к подозрениям. Они усилились, когда я узнал, что на заводе только контора ОТО, а подчиненные ему лаборатории разбросаны по другим предприятиям отрасли. Загадочное формирование стало не давать мне покоя.

Трофимов по роду службы часто бывал на разных предприятиях отрасли. Встречаясь с людьми, он исподволь пытался выяснить кое-что и о заинтриговавшем его отделе, но никто, как ни странно, ничего вразумительного сказать не мог. Одни в недоумении разводили руками, другие деликатно уходили от разговора.

— В то же время, — продолжал Михаил Петрович, — в день получки появлялись разные шебутные люди и получали червонцы. Случалось, тут же какие-то сомнительные лица делали поборы.

— Ты, Петрович, как истинный сыщик. Преданный и неутомимый.

— За что и уволили.

— Что-что, а избавляться от неугодных у нас умеют.