– А ты один? – спросила подошедшая Вета.

В ответ кто-то завыл, длинно и протяжно.

– Да открывай уж! – Свекровь дернула на себя дверь.

И тут же отскочила в сторону, потому что ее сын, вместо того чтобы шагнуть через порог, ринулся в дверь, как пловец с вышки. Он упал бы лицом на пол, если бы Вета не подставила руки. Это слегка смягчило падение, но она тоже села на пол от толчка.

Вид мужа был ужасен. Скула была сизого цвета, переходящего в лиловый, челюсть свернута на сторону, один рукав у куртки висел на ниточке, а на спине отчетливо отпечатался след от ботинка с ребристой подошвой.

– Володечка! – Свекровь всплеснула руками. – На тебя напали!

– На него не напали, его избили, – поправила ее Вета с удивившим ее саму мстительным удовольствием. – Обманутый муж постарался…

– Довольна, да? – прошипел муж с пола. – Радуешься теперь?

– С чего мне радоваться? – Вета пожала плечами и собралась уже уйти, но ее остановила свекровь:

– Да что же это? Сын, вставай! Вета, помоги ему!

Они вдвоем подхватили совсем расклеившегося мужика и потащили в спальню. Он беспрерывно вздыхал и жаловался на судьбу, между делом рассказывая свою грустную историю.

Частная гимназия, конечно, не дворец президента, но все же охранник на входе присутствует. Но обманутый муж его любовницы, хоть и вернулся из мест не столь отдаленных, вид имел не то чтобы приличный, но не самый страшный. И на вопрос охранника, по какой надобности он идет в школу, оскорбленный муж сумел ответить спокойным голосом, что направляется он к Сычеву Владимиру Олеговичу, историку.

– Ирка, сволочь, ему все мои координаты дала, – жаловался сейчас муж, сообразив, что Вета все знает. Ему было больно и обидно, он жаждал утешения.

«Ай да Ирка! – подумала Вета. – Дружба дружбой, а что случись – каждый сам за себя…»

– Ну, сижу я на уроке, как раз контрольную дал про правление Александра Первого, как тут дверь распахивается и вбегает этот урод, – рассказывал муж, поминутно отирая лицо полой грязной рубашки.

Свекровь между делом расшнуровала ему ботинки и теперь пыталась расстегнуть брюки.

– Ты, говорит, Сычев Владимир? Я отвечаю – я, а только что это вы мне тыкаете? Я вас не знаю. А он рычит, культурный, значит? Не знаешь меня? Ну, сейчас узнаешь!

– И как даст тебе в морду! – продолжила Вета.

– Точно, – скорбно согласился муж, – а потом еще в челюсть… Дети визжат, орут, а мы тут… Ногами он еще меня бил… ой, наверное, ребро сломано, дышать больно!

Вета представила всю картину и отвернулась, кусая губы.