Светлый фон

Суома так хотела увидеть кого-нибудь. И растерялась, увидев.

Суома так хотела увидеть кого-нибудь. И растерялась, увидев.

Этот человек был большим. Очень большим. Но не настолько большим, как дерево. Он шел по лесу. Громко. И наверное, никого не боялся, если так громко. А спал, забравшись в кучу листьев. Суома тоже так делала, чтобы не замерзнуть. Наверное, человек был еще и умным.

Этот человек был большим. Очень большим. Но не настолько большим, как дерево. Он шел по лесу. Громко. И наверное, никого не боялся, если так громко. А спал, забравшись в кучу листьев. Суома тоже так делала, чтобы не замерзнуть. Наверное, человек был еще и умным.

Красивым.

Красивым.

Только совсем глухим. Он не шелохнулся, когда Суома подошла близко-близко и, склонившись, разглядывала удивительное его лицо. Ей хотелось потрогать его длинные ресницы. И полные губы. И еще нос, который чуть загибался влево. И волосы светлые, мягкие на вид…

Только совсем глухим. Он не шелохнулся, когда Суома подошла близко-близко и, склонившись, разглядывала удивительное его лицо. Ей хотелось потрогать его длинные ресницы. И полные губы. И еще нос, который чуть загибался влево. И волосы светлые, мягкие на вид…

Убегать Суома не стала. Она села на камень – человек большой и медлительный – и принялась ждать. Ждать легко. Интересно. И немного страшно. Вдруг он испугается Суому? Маму люди боялись.

Убегать Суома не стала. Она села на камень – человек большой и медлительный – и принялась ждать. Ждать легко. Интересно. И немного страшно. Вдруг он испугается Суому? Маму люди боялись.

Но мамы нет. А Суома совсем даже не страшная.

Но мамы нет. А Суома совсем даже не страшная.

И человек не испугался.

И человек не испугался.

Его звали Ойва. И он взял ее за руку. Осторожно. Мягко. Незнакомо. Теплые пальцы, шершавые и влажные.

Его звали Ойва. И он взял ее за руку. Осторожно. Мягко. Незнакомо. Теплые пальцы, шершавые и влажные.

– Хочешь есть? – повторил Ойва вопрос и снял с плеча котомку. – Садись. Когда ты ела в последний раз?

– Хочешь есть? – повторил Ойва вопрос и снял с плеча котомку. – Садись. Когда ты ела в последний раз?

– Давно.

– Давно.