— Конечно, конечно. Не торопитесь, я вязанье с собой взяла, а увидеться мы можем и после обеда. — И эта милая женщина, кивнув всем на прощание, покинула столовую.

— Ну надо же какая встреча, — дожевав сырник и с шумом его проглотив, включилась в беседу Варвара Григорьевна. — Вот у нас тоже случай был, у нашего мастера цеха…

Договорить ей не дал Курносов, он вообще умел с людьми не церемониться, но те отчего-то не обижались.

— Простите, что прерываю, многоуважаемая Варвара Григорьевна, но мы с Павлом Терентьевичем вас покинем, а вы уж Игнату Романовичу дорасскажите, — вставая и беря Павла под руку, распорядился Курносов. — Идем Павел, все расскажешь, просто не терпится узнать, как там наш дорогой друг Иван поживает.

Пришлось идти. А что делать? Бежать глупо, отпираться тоже. Да к тому же мелькнула у Павла мыслишка, что можно было бы Василия использовать для собственной выгоды. Он, конечно, не дурак, но сам говорил, что доверчивый слишком. Вот этим-то его качеством вполне можно воспользоваться.

— Ну, рассказывай, Павел, как это тебе так повезло несказанно, — выводя Павла на крыльцо санатория, велел Василий сухим, деловитым голосом. — Давай прогуляемся с тобой, чтобы на виду у всех не маячить, а то не дай бог соседка твоя по столовой нагрянет, не отвяжемся.