— Буду считать это комплиментом. Чтобы не ранить свои чувства.

— Сомневаюсь, что вы настолько ранимы.

— Вы хорошо справились в Копенгагене, — заметила она. — И в Роскиле тоже.

— Вы были в соборе?

— Да, некоторое время, но ушла, когда началась перестрелка. Я не могла помочь, не обнаружив свое присутствие, а Хенрик хотел сохранить это в тайне.

— А что, если бы я не смог разобраться с этими людьми?

— Да ладно. Вы? — Она улыбнулась ему. — Скажите мне, вы были поражены, когда тамплиер прыгнул с Круглой башни?

— Да уж, это не то зрелище, которое видишь каждый день.

— Он выполнил клятву. Оказавшись в ловушке, он предпочел погибнуть, но не выдать орден.

— Я полагаю, вы были там, потому что Хенрик узнал от меня о приезде Стефани.

— Отчасти. Когда пришла весть о внезапной кончине Эрнста Сковилля, я узнала от некоторых старожилов в Ренне, что он разговаривал со Стефани и она собирается во Францию. Это все энтузиасты Ренна, которые проводят дни за игрой в шахматы и фантазиями о Соньере. Они одержимы конспирологией. Сковилль хвастался, что собирается добыть дневник Ларса. Он недолюбливал Стефани, хотя заставил ее поверить, что это не так. Очевидно, он тоже не был в курсе, что дневник на самом деле не имеет ценности. Его смерть вызвала у меня подозрения, поэтому я связалась с Хенриком и узнала, что Стефани собирается в Данию. Мы решили, что мне тоже следует лететь в Данию.

— А Авиньон?

— У меня есть источник в лечебнице. Никто не верил, что Кларидон сумасшедший. Обманщик, лицемер, недостойный доверия, — конечно. Но не безумец. Я следила за вами, пока вы не пришли к Кларидону. Мы с Хенриком знали, что в дворцовых архивах что-то есть, только не знали, что именно. Как Хенрик сказал за обедом, они с Марком никогда не встречались. С Марком было труднее иметь дело, чем с Ларсом. Он занимался поисками лишь время от времени. Что-то вроде способа почтить память отца. И никому не обмолвился и словом об этом. Они с Кларидоном общались какое-то время, но не близко. Потом, когда Марк исчез во время лавины, а Кларидон спрятался в психбольнице, я и Хенрик отступились.

— До сегодняшнего дня.

— Поиск продолжается, и на этот раз у нас могут появиться зацепки.

Он ждал объяснений.

— У нас есть книга с эскизом надгробия и «Читающий устав Каридад»…

— Литография у де Рокфора.

— Это не единственная копия картины. Я уже нашла ее в Интернете. Вместе мы на самом деле имеем шанс обнаружить то, что нашел Соньер, поскольку у нас впервые так много частей головоломки.

— И что мы будем делать, если что-нибудь найдем?