— Кто те люди, которые владели этим поместьем? — спросил Гари.
— Семейство Херманнов обосновалось в Австрии очень давно, как и многие семьи в Дании. Они весьма богаты и влиятельны.
— Хозяин дома — ваш друг?
Учитывая имевшиеся у Торвальдсена подозрения, это был интересный вопрос.
— Еще несколько дней назад я считал его другом, но теперь уже не уверен в этом.
Ему нравилась любознательность мальчика. Он знал историю с отцовством Гари. Когда после прошлогоднего летнего визита Гари в Данию Малоун отвез мальчика домой, вернувшись из Америки, он рассказал Торвальдсену то, что услышал от Пэм. Познакомившись с ней совсем недавно, датчанин сделал вид, что ему ничего не известно. Пэм Малоун была взвинчена и находилась на грани нервного срыва, и именно поэтому он велел Джесперу дежурить за дверью отведенной ей комнаты. К счастью, женщине все же удалось взять себя в руки и немного успокоиться. Сейчас она должна была находиться на пути в Джорджию, однако человек, позвонивший ему из Тель-Авива, ясно сказал: «Похоже в эту минуту Малоун и его экс-супруга направляются в Лиссабон».
Что же происходит? Какого лешего их туда понесло? И где Когти Орла?
— Мы приехали сюда, чтобы помочь твоему отцу, — сказал он Гари.
— Папа ничего не говорил о том, что нам предстоит эта поездка. Он велел мне оставаться на месте и соблюдать осторожность.
— Но он также велел тебе делать то, что я говорю, не так ли?
— В таком случае, когда он начнет на меня орать, принимайте огонь на себя.
Датчанин улыбнулся.
— С удовольствием.
— Вы когда-нибудь видели, как убивают людей?
Старик знал: воспоминания о событиях, свидетелем которых Гари стал во вторник, не дают ему покоя, хотя он и вел себя с мужеством взрослого человека.
— Да, несколько раз.
— Папа застрелил того человека. Но знаете, мне наплевать.
Бравада мальчика заставила Торвальдсена покачать головой.
— Осторожнее, Гари! Привыкнуть к убийству — непозволительно, пусть даже его жертва в полной мере заслуживает смерти.
— Я не в том смысле. Просто он был плохим человеком. Он грозился убить маму.