— Задний люк открыт. Мы должны сделать это. Ради собственной безопасности.
Он проверил ремни и укладку ее парашюта. Свой собственный он осмотрел заранее. Затем пристегнул вытяжные фалы — свой и ее. Макколэм сделал то же самое.
— Как самолет сможет приземлиться с открытым люком? — прокричала Пэм.
Малоун посмотрел ей в лицо.
— Он не будет приземляться.
До женщины начала доходить суть происходящего.
— Ты, наверное, шутишь? Ты же не ожидаешь, что я…
— Парашют откроется автоматически, а тебе остается только висеть и получать удовольствие от полета. Это специальный парашют, он рассчитан на новичков и спускается медленно. Когда ты достигнешь земли, это будет все равно что спрыгнуть с высоты в один-полтора метра.
— Коттон, ты псих, мать твою! У меня до сих пор болит плечо! Я не могу…
Такелажник подал знак, давая понять, что они достигли нужной точки. Времени на споры не оставалось. Малоун попросту обхватил Пэм за талию и потащил к открытому люку.
Женщина отбивалась и кричала:
— Коттон! Не надо! Я не могу! Ну пожалуйста!
Он выбросил ее за борт.
Крик женщины затих очень быстро.
Малоун знал, что она сейчас испытывает. Первые пятнадцать футов — свободный полет. Человеку кажется, что он стал невесомым, сердце либо проваливается в живот, либо поднимается к горлу, весь организм начинает бунтовать. Затем — рывок, вытяжной фал выдергивает парашют из ранца, и начинается плавный спуск.
Он видел, как дернулось тело Пэм и купол парашюта, расправившись, наполнился воздухом. Прошло меньше пяти секунд, и она уже медленно спускалась к земле.
— Ну и разозлится же она, — прозвучал сзади голос Макколэма.
Малоун не сводил взгляда с маленькой фигурки, опускавшейся вниз.
— Еще бы. Но я так давно мечтал это сделать!