— Охрана ведет расследование. Похоже, у самолета произошел сбой в системе управления. К счастью, пилот успел совладать с машиной.

— Почему оказались заперты двери?

Нет, говорить правду нельзя.

— Думаю, скоро узнаем, — ответила она, изобразив улыбку.

— А к чему Торвальдсен бросил странную фразу: «Вот и наша смерть»? Мы и вправду должны были погибнуть? Тут замешан лорд Эшби?

Вопросы ее пугали.

— Лорд Эшби и герр Торвальдсен давно враждуют. Я узнала об этом всего несколько минут назад и решила, что конфликты нам в сообществе не нужны. Герр Торвальдсен согласился покинуть клуб, а напоследок принес извинения за доставленные неудобства и за то, что зря нас напугал.

— Все равно непонятно, почему он говорил о смерти, — произнес Роберт Мастроянни.

— Думаю, фантазировал. У него к лорду Эшби личная неприязнь.

Но итальянец не унимался:

— И где же Эшби?

Пришлось сочинять новую ложь.

— Он ушел по моей просьбе. Я дала ему важное поручение. Возможно, он еще вернется до конца заседания.

— А на смотровой площадке вы всех спрашивали, куда он подевался, — заметил один из членов клуба.

«Здесь умные люди, нельзя обращаться с ними как с тупицами», — мысленно напомнила себе Ларок.

— Просто я не знала, что он уже ушел.

— И куда он отправился?

— По делам, связанным с утерянными сокровищами, о которых я вам говорила. Лорд Эшби занимался их поисками и как раз нашел новую зацепку. Он предупредил меня, что ему понадобится проверить, в верном ли направлении ведет нить.

На все вопросы Элиза отвечала спокойным уверенным голосом: неважно, что ты говоришь, главное — как.

— Так мы продолжим работу? — поинтересовался один из членов клуба. В его голосе звучали удивленные нотки.