* * *
Кассиопея нашла укрытие между деревьев, в пятидесяти метрах от дома. В ветвях свистел ветер. Она увидела темные силуэты людей, бегущих от одной стороны дома к другой, раздались еще выстрелы. Кассиопея решила рискнуть, достала свой телефон и набрала номер Дэвиса.
– Что там происходит? – немедленно спросил он.
– Дом в осаде.
– Мы слышим стрельбу. Я уже связался с Вашингтоном. Мы не знаем, кто там.
– Это хорошее прикрытие, – сказала Кассиопея. – Сиди тихо и придерживайся плана.
Она говорила, как Коттон. Он повлиял на нее.
– Мне это не нравится, – сказал Дэвис.
– Мне тоже. Но я уже здесь.
Она прервала разговор.
* * *
Уайетт протискивался в тесный канал высотой от силы в три фута, шириной чуть больше. Холодная вода продолжала течь ему навстречу, поток все усиливался.
Он приближался к концу.
Во всех смыслах.
Он стерпел удар Малоуна. На его месте он поступил бы так же, или еще хуже. Малоун оставался, на его взгляд, слишком высокого мнения о себе, но этот самоуверенный сукин сын никогда ему не лгал.
И это нужно поставить Коттону в заслугу.
Андреа Карбонель отправила его в Канаду, многократно заверив, что об этом путешествии будут знать только они двое. А потом сразу же сообщила о нем Содружеству.
Он представлял, как она заключала эту сделку.