– Да?
– Пришли результаты ДНК. Отец мальчика – не Дональд Уолш.
Опершись на столешницу, она подносит чашку к губам.
– Понятно. Значит, все-таки Уильям Харпер?
– Да, Вики его опознала.
– Она заговорила? – удивленно спрашивает Алекс, но в остальном сохраняет спокойствие.
– Немного. Сказала всего пару слов. Подгонять ее нельзя.
– Конечно нет, – спешит согласиться Алекс. – Ущерб будет непоправимым.
Я выпрямляюсь, превозмогая боль в коленях.
– Знаешь, Алекс…
– Я в курсе, что ты хочешь сказать, Адам. Что это всего на несколько дней, что я не его мать.
Я подхожу ближе, касаюсь ее руки.
– Просто не хочу, чтобы тебе было больно. Не хочу, чтобы ты привязалась к нему, а он – к тебе. Это было бы несправедливо. Не по-доброму.
Ее губы дрожат.
– По отношению к нему? Или ко мне?
Глаза наполняются слезами, и я притягиваю ее к себе, обнимаю, целую ее волосы. Мальчик отрывается от своей тарелки с бананами и внимательно смотрит на нас огромными глазами. Я ловлю его немигающий взгляд.
* * *
Время 7.15 утра, Гислингхэм не спит уже три часа. Бросив попытки снова заснуть, он выскользнул из кровати, где осталась Джанет. Ее крепкий сон не прервал даже плач Билли. Теперь, усадив сына в беби-слинг на груди, Крис прибирается на кухне, подогревает молоко, напевая при этом Джонни Кэша.
– И кто сказал, что мужчины не способны делать много дел сразу, а, Билли? – говорит он гукающему малышу. – Только пусть это будет наш секрет, ладно? Если мамочка узнает, она напишет нам обоим по списку дел длиной с твою ручонку. Или даже с