— Странно… — сказал Флакк. — На Китеже озерники собирались травить кабинет-министра геногазом. У нас плебеи травят какой-то мерзостью наших детей. Как похоже…

— Закон парности случаев, — отозвался склонный к мистике Сулла.

— Видимо, повсюду внешнее благополучие было только видимостью, — выдвинул свою версию Корвин. — Случайно лишь совпадение методов. Если Лаций этого не осознает, нам действительно конец.

Через десять минут, когда центурия вигилов прибыла, чтобы усилить охрану, патриции покинули просторный кабинет консула.

— Он точно не сбежит? — спросил Сулла.

Внезапно Флакк схватил Суллу за грудки и рванул к себе.

— Противоядие!

— Что? — тот не понял или изобразил, что не понял вопроса.

— Противоядие от вашего треклятого эликсира! Оно должно быть!

— Увы, его нет. Во всяком случае, до моего зачатия отец его не изобрел… И отпусти меня. Ткань вот-вот порвется.

— Погоди, Флакк! — остановил трибуна Корвин. — Сулла сказал — до его зачатия… Твой отец вел после этого свои работы?

— Не знаю… возможно… Как я могу это помнить?

Корвин спешно вытащил из капсулы трубочку памяти, приложил зажигалку и затянулся… Марк гораздо моложе Суллы, и его отец мог помнить… дело не его… но слишком громкое… слишком… Сейчас… вот…

— Судя по всему, твой отец еще полгода трудился над своим эликсиром. Ты ничего об этом не знаешь… Но если Флавий продолжал делать записи, то их копии должны сохраниться у его сына. К тому же Флавий отправился в изгнание спустя два года. К тому же настоящий создатель эликсира — он.

— Возможно, противоядие существует, — согласился Сулла. — Я как-то не подумал об этом. Могу просмотреть последние записи из лаборатории… Ха, это даже забавно! Патриций воспользуется искусственной памятью плебея для спасения патрицианской памяти! Кстати, слышали последний анекдот? Встречаются два плебея. Один говорит: «Здравствуй, Марк…» Второй отвечает: — «Здравствуй Марк…» — «Я не Марк, а Гай», — возражает ему первый. — «Неважно, — отвечает второй, — теперь, когда все лишились памяти, это неважно. Да, кстати, я на самом деле Тит».

— Хороший анекдот, — хмыкнул Корвин. — Его рассказывал еще мой дед во время плебейских беспорядков.

У ворот консульской усадьбы их поджидал флайер вигилов. Машина висела в воздухе, под днищем тлели фиолетовые струи нагнетателей. Префект Главк в нетерпении расхаживал взад и вперед подле машины.

— Полагаю, совершенный муж, кое-что удалось нащупать? — поинтересовался Корвин.

Услышав обращение к своей особе по всей форме, Главк прямо-таки расцвел.