— Как любой патриций, ты делаешь три дела сразу, — хмыкнул Сулла.

— Тогда надо связаться с консулом Горацием и отдать приказ вигилам. Минут пятнадцать на все хватит?

— Полчаса, — уточнил Флакк. — Но лучше час.

— Тогда через час мы можем арестовать Домиция.

Флакк отрицательно покачал головой.

— Я что-то забыл? — наморщил лоб Корвин.

— Предупредить сенат, — подсказал Сулла.

Они вернулись в дом консула. Мчались, нарушая все правила. Сигналили всем встречным: «Префект по особо важным делам! Пропустите!» И все же два раза чуть не попали в аварию.

«Ты слишком торопишься, — шептал голос, — и делаешь слишком много ошибок».

Марк его почти не слышал. Он был как в лихорадке. Ухватил за нитку и распутывал клубок. Но, оказалось, не нить это вовсе — ядовитая, скользкая, длиннющая змея.

Охранники консула беспрепятственно пропустили всех троих — Суллу, Корвина и Флакка — в малый атрий. Здесь их встретил секретарь, молодой, подтянутый, с застывшей полуулыбкой на устах.

— Извиняюсь, но консул Домиций занят и не может вас принять, — заявил секретарь. — Поскольку префект Корвин уже получил все необходимые полномочия…

Договорить он не успел: Флакк незаметно отстранил его, да так, что тот оказался прижатым к стене и ни рукой, ни ногой пошевелить не мог.

Корвин снял с руки секретаря комбраслет, включил связь:

— Домиций! Тю а мерде! Если хочешь сохранить свою ослиную шкуру, немедленно нас выслушай! Немедленно! Мы знаем, во что ты вляпался!

Флакк ухватил секретаря за ворот рубашки и подтолкнул к дверям кабинета.

— Мы идем! — выкрикнул Марк, зная, что консул его слышит. — И без фокусов. Мы все вооружены. Вигилы уже окружили резиденцию.

Дверь отворилась.

— Предупреждаю: мой комбраслет на связи с десятью сенаторами. — Корвин говорил намеренно громко. — Если что-то со мной или моими друзьями случится, вам несдобровать.