Он заметил пряди каштановых волос, выбившиеся у нее из-под шляпки. Он мог даже пересчитать веснушки у нее на шее, но эти подробности мало что значили — в ней все было тайной. Анвин сейчас желал только одного — как и прошлым утром, как и все семь дней до этого: чтобы время остановилось, как остановился поезд возле перрона; он желал этого со всей страстностью, на которую только была способна его слабая и нерешительная натура.

И вот сегодня утром это произошло. Женщина в клетчатом пальто уронила свой зонтик. Обернулась и взглянула на него. Ее глаза — он никогда еще не видел их так близко — были цвета тусклого серебра, как старинное зеркало. Попеременное чередование данных о прибытии и отправлении поездов на табло объявлений прекратилось. Секундные стрелки на четырех циферблатах вокзальных часов дрожали, застряв между цифрами. Механизм всегда подзаведенных часов Анвина застопорился.

А все потому, что ее зонт лежал на полу между ними. Но руки у него были заняты, а пол был так далеко…

— Мистер Чарлз Анвин? — обратился к нему кто-то, находящийся позади.

Табло с расписанием поездов снова пришло в движение, часы вспомнили про свои обязанности, вокзал снова загалдел и зашумел. Полный человек в костюме «в елочку» смотрел на него желто-зелеными глазами, шевеля толстыми пальцами, словно он исполнял ими некий танец на полях своей шляпы, которую держал в левой руке.

— Мистер Чарлз Анвин, — повторил он, на сей раз уже не вопросительным тоном.

Женщина в клетчатом пальто подобрала свой зонт и пошла прочь. Мужчина в костюме «в елочку» продолжал ждать ответа.

— Кофе… — начал было объяснять Анвин.

Мужчину этот ответ явно не удовлетворил.

— А пройдемте-ка вон туда, мистер Анвин, — сказал он, махнув шляпой в сторону северного крыла вокзала.

Анвин оглянулся, но женщина уже пропала за вращающимися дверями.

Что ему оставалось делать, как не последовать за этим человеком? Если он знал, как его звали, то также вполне мог быть осведомлен и в тайнах Анвина, например быть в курсе того, что совершаются без какой-либо видимой причины такие вот посещения вокзала. Он провел Анвина по длинному коридору, вдоль которого на стульях сидели мужчины, читавшие газеты, а шустрые и ловкие мальчишки начищали им ботинки.

— Куда мы идем?

— Туда, где можно поговорить наедине.

— Я опоздаю на работу.

Мужчина в костюме «в елочку» размашистым жестом открыл свой бумажник и предъявил служебный бэйджик Агентства, представлявший его как Сэмюела Пита, детектива.

— Вы уже на работе, — сухо констатировал Пит. — Причем на полчаса раньше, чем можно было бы ожидать, зная ваше расписание, мистер Анвин.