— Ну что вы, — обронила Мирослава.

И больше они ничего не сказали друг другу…

Приехав домой, Мирослава вышла из автомобиля и села прямо на заснеженное крыльцо. Морис поставил машину в гараж и опустился на ступеньку рядом с Мирославой.

Снег мерцал в лунном свете, переливался радужно… Деревья стояли нарядные, белые, и все вокруг казалось сказочным…

Морис осторожно дотронулся до руки Мирославы:

— О чем вы думаете?

— О том, что жизнь порой похожа на лабиринт.

— Пожалуй, — согласился Миндаугас и после паузы добавил: — Но у нас все будет хорошо.

— У нас? — переспросила Мирослава удивленно.

Морис не успел ответить — входная дверь приоткрылась, вышел Дон, тотчас протиснулся между ними. Посмотрел сначала на одного, потом на другую янтарными глазами и завел уютную песню, для которой люди почему-то не придумали названия.

Хотя все просто — если поет кот, в доме тепло и уютно. И на самом деле — все будет хорошо.

Мирослава и Морис одновременно наклонились к Дону и, едва не стукнувшись лбами, расхохотались.