Он позвал:

– Соня!

– Меня тошнит.

– Оставь, эти глупости. Нам нужно отправить труп на дно.

– О господи, в воде всюду кровь.

– Послушай меня! – Он хотел заорать на нее, но был вынужден сдержаться. – Дай… ту веревку. Давай же!

Она исчезла на минуту, затем вернулась с веревкой в руках.

«Она ничего не соображает, – подумал Вольф. – Нужно говорить ей, что она должна делать».

– Теперь возьми портфель Смита и положи туда что-нибудь тяжелое.

– Тяжелое? Но что?

– Господи, боже мой, ну что у нас есть тяжелого. Ну… книги… нет, книги тяжелые, но не настолько. Я знаю – бутылки. Бутылки с шампанским. Набей портфель бутылками с шампанским.

– Зачем?

– Не рассуждай, а делай, что я говорю!

Она ушла. Через иллюминатор он увидел, как она спустилась по лесенке и вошла в гостиную – медленно, как лунатик.

«Торопись, толстая шлюха, торопись!»

Она обвела комнату невидящим взглядом. Все еще заторможено она подняла с пола портфель. Держа его в руках, прошла в кухню и открыла холодильник, задумавшись, как будто решала, что приготовить на обед.

«Давай же!»

Соня взяла из холодильника бутылку шампанского и замерла с бутылкой в одной руке и портфелем в другой, как будто не помнила, что ей делать дальше. Наконец взор ее прояснился и она положила бутылку горизонтально в портфель. Затем вынула вторую бутылку.

«Клади их валетом, идиотка, так больше войдет!» – мысленно вскричал Вольф.

Соня положила вторую бутылку в портфель, подумала и переложила ее другим концом.