Вечером и ночью город по-прежнему умывался дождем, однако чище от этого не стал. Капли стучали по крыше «Гранд отеля», где жили Флинс, Дуфф, Малькольм и Кетнес – они решили там остановиться, пока задуманное ими дело не будет закончено. В два часа ночи Кетнес разбудил стук в дверь. Она сразу же догададалась, кто это – не по количеству ударов, не по их ритму или громкости. Сам стук она не спутала бы ни с каким другим: стучали ладонью, причем ладонь эту Кетнес знала до мельчайших черточек и линий. Она приоткрыла дверь.

С Дуффа ручьями стекала вода, сам он стучал зубами, а лицо было таким бледным, что даже шрам почти исчез.

– Прости, но мне нужно в горячий душ.

– А у тебя разве нет…

– У нас с Флинсом только койки и раковина.

Кетнес открыла дверь и впустила его в номер.

– Где ты был? – спросила она.

– На кладбище, – ответил Дуфф из ванной.

– Посреди ночи?

– Сейчас там народа меньше.

Она услышала звук льющейся воды и подошла к двери в ванную:

– Дуфф?

– Что?

– Я просто хотела сказать, что мне очень жаль.

– Что-что? – переспросил он.

Кетнес кашлянула и уже громче проговорила:

– Жаль, что с твоей семьей так вышло.

Ее слова потонули в журчании воды. Кетнес вгляделась в наполнивший ванную пар.

Когда Дуфф, одетый в гостиничный халат и с мокрым узлом одежды под мышкой вышел из ванной, Кетнес уже оделась и лежала на широкой кровати. Дуфф вытащил из кармана мокрых брюк пачку сигарет и посмотрел на Кетнес. Та кивнула, и Дуфф лег рядом. Кетнес положила голову ему на руку и посмотрела на желтый плафон на потолке. Сквозь тонкое стекло просвечивали дохлые насекомые.